Вернуться на главную страницу

De politica (О политике). Часть XXVIII. Из писем имеющих антикварское содержание

2020-11-09  Włodzimierz Podlipski Версия для печати

De politica (О политике).  Часть XXVIII.  Из писем имеющих антикварское содержание

«Архивы - неоценимая вещь» - говорят в немецкой политической полиции. Говорят немцы, но политические процессы на основании материалов многолетней давности больше известны по отечественным свидетельствам. Как стало известно несколько лет назад, такими делами стали увлекаться в России. Лишь от деяний украинской политической полиции разит провинциализмом - ОСОБА_1 преследовался за что-то, что отстояло от судебного процесса менее чем на 4 года. Совсем уж негибкими оказались сотрудники литовской политической полиции, которые начали судебный процесс против Палецкиса почти сразу после известных высказываний. Вспомним ещё раз то, что случилось с Коммунистической Партией Польши (не очень коммунистической и совсем не партией), челябинскими социалистическими школьниками и ОСОБОЮ_1. Такие воспоминания более чем полезны для оценки организационных перспектив. Пробуем уйти в прошлое несколько глубже, чем уходит политическая полиция Польши. Мы не будем искать в архивах события политических преступлений. Это перспективное по результативности занятие следует оставить работникам предназначенных для этого организаций. В данном случае политический антиквариат должен помочь не уголовному, а мыслительному процессу. В этом очерке читателю на архивных свидетельствах будут раскрыты некоторые проблемы, которые ещё не были разрешены практикой. Однако, они могут снова обнаружится, как только силы революции перейдут в наступление хотя бы на местных участках фронта. В центре внимания окажутся тайные многодневные выездные конференции. Относительно имеющейся организационной комы во многих европейских странах они служат ближайшим индикатором оживления коммунистических сообществ. Случится оно ранее или позднее, а всё равно как-то решать обозначенные проблемы придётся в каждой стране.

1

Зрада й ганьба

(сводка однотипных происшествий)

За восемь месяцев, предшествовавших «санитарной нестабильности» в Польше, от разных читателей поступали просьбы опубликовать сообщения о разных, но однородных происшествиях, когда поведение внешне нормальных просоциалистических элементов объективно клонилось к поведению facebook-члена ЦК. Краткие сообщения поступили на немецком, ирландском, шведском, белорусском, испанском и румынском языках, что не значит того, что они относятся к событиям в соответствующих странах. Все сообщения не превышали пяти абзацев, что будет объяснено содержанием, которое едва ли можно развить в длинный рассказ. Нет никакого смысла разбирать все присланные сообщения, можно будет ограничится коротким описанием наиболее важных отличий. То есть не будет исполнена ни одна читательская просьба о публикации при условии, что будут исполнены все сразу.

Итак, все поступившие сообщения касались того, что в самой развитой форме в документах немецких товарищей называется «тайная многодневная выездная (außer) научная конференция (wissenschaftliche Konferenz)». Подобные мероприятия проводятся в разных странах Европы довольно давно. Их устройством заняты множество просоциалистических организаций, что обуславливает существование проблем по каждому из слов немецкой характеристики. Скажем, тайные выездные многодневные конференции польского комсомола 2013 и 2014 годов вообще не претендовали на научный характер. То были чисто идеологические сборища без большого внимания к смыслу происходящего и без какой-либо умственной подготовки. В том числе из-за подобных мероприятий теперь польский комсомол утонул в Лете. Это не исключение, а правило. Две трети организаций из присланных сообщений к настоящему времени захлебнулись водами забвения. 9 названий из 14 относятся к архивно-историческим. Правило не очень смущает выживших, которые, видимо, не представляют как может может быть иначе. Один представитель политического коммунизма прокомментировал очевидный повсеместный организационный распад в духе известного анекдота о трупах в производственной бригаде1: «одна треть организаций, проводивших тайные выездные многодневные научные конференции до сих пор существует».

В нашем случае нет никакого смысла обсуждать научность множества подобных конференций. Покровительство со стороны политического коммунизма в любой стране Европы (не исключая Германию и Италию) сказывается на умственной находчивости участников конференции весьма неблагоприятно. Всевозможные партийные программы активно склоняют к иллюзии наличия готовых ответов на многие волнующие вопросы. Но задача этой заметки не обсуждать научность конференций. Многодневность тоже не попадает под обсуждение. Слишком уж велика была бы детализация для столь мало значащих конференций. Хотя ни одно присланное сообщение не было посвящено тайной однодневной выездной научной конференции, таковые имели место. Однако все присланные сообщения были посвящены проблемам с первой характеристикой, то есть с тайностью.

Фабула всех присланных сообщений одинакова. Самое раннее сообщение, описывающее события 2004 года, в равной степени раскрывает главные черты событий 2019 года, описанных в наиболее позднем сообщении. Nihul novi2 - вот подлинная конституция3 политического коммунизма.

Итак, на тайную многодневную выездную конференцию попадает некий хорошо известный политической полиции просоциалистический элемент с сотовым телефоном или смартфоном. Не имеет значения, использовался ли этот аппарат и был ли он включен. Вне зависимости от этого, «посёлок мирных туристов» посещало большое количество вооружённых людей, действиями которых руководил какой-нибудь нижний офицер политической полиции соответствующей страны. В самом лучшем случае, все были тщательно сфотографированы вместе со всеми особенностями туристического посёлка, в худшем случае, «туристов» перевозили в полицай-президиум для точного многочасового выяснения обстоятельств, паспортных, адресных и других координат. Вероятно, читателю будет ясна причинно-следственная связь этих событий. Ясность закономерности, стоящей за событиями, нисколько не мешает их повторению. В средние века такой тип глупого поведения называли одержимостью злым духом. В наше время это называется проклятием неосвоенной общественной силы, когда люди вступают в некоторые отношения задолго до того как понимают их самые существенные закономерности.

Цыплята умирают, если их поить керосином. Политические коммунисты, ясно осознавая результат, упорно пытаются поить цыплят более качественным керосином, поить из другого сосуда, поить при другом созвездии зодиака, поить при другой высоте над уровнем моря, говорить при этом правильные слова, наливать керосин медленнее или быстрее. Меняют любые обстоятельства, кроме существенных. Существенные обстоятельства остаются неизменными и водевильно-трактирный дух столь же выразителен в наше время, как десятилетием и двумя десятилетиями ранее. С этой точки зрения всё равно имеем мы греческое свидетельство 2004 года или сообщение от Матея Колманича4 из начала 2010-х годов или самое свежее свидетельство. Насколько указанное теоретически ясно, настолько же оно оказывается практически неотвратимым. Организационный распад многомиллионного политического коммунизма стран народной демократии привёл к господству примитивных форм не только теоретического мышления. В сфере организационного и технического мышления также произошёл распад более развитых форм. За этим последовало их естественное замещение некоторыми исторически предшествовавшими формами. Примитивные формы стали самостоятельными и бесконтрольными после утраты преодолевающих их односторонность более развитых форм мышления.

___

Тема «смартфон на выездной конференции» может показаться читателю полностью раскрытой. Дело обстоит немного сложнее. Единство в многообразии может быть оттенено некоторыми нюансами отдельных случаев.

Организация X запретила присутствие смартфонов, но полный обыск всех участников не проводился. После разворачивания туристического посёлка кто-то случайно заметил смартфон. Присутствие очень нежелательных для политической полиции людей не оставляло сомнений в событиях одного из следующих дней. Общее собрание по случаю обнаружения смартфона проходило с полной ясностью в отношении последствий. По «принципиальным мотивам» с формулировкой «нас не запугать» было принято решение не менять расположение посёлка. Через несколько часов после принятия этого решения началось ожидаемое событие...

Организация Y не запрещала присутствия смартфонов и заявляла полную легальность всех действий. Господа из организации Y были окружены, перевезены в полицай-президиум и избиты. В сообщении интересное примечание: «большую часть захваченных избивали без телесных повреждений, но больно и долго». «Больно и долго» лишаются такие люди легалистских иллюзий, а потом становятся сторонниками нелегальщины, по-прежнему неспособными правильно балансировать в организации легальные и нелегальные способы работы... Оставленное имущество, раскиданное при обыске в туристическом посёлке, вымокло под дождём и было частично разграблено оставшимися «для охраны имущества» сотрудниками общей полиции.

Организация Z не рекомендовала присутствие смартфонов и, в рамках проведения «гибкой политики», пригласила двух представителей из разных частей Германии. Первым же вечером немцы обнаружили смартфон у технического коменданта, то есть у высшего должностного лица в туристическом городке. У них не было ни малейших разногласий по вопросу о том, к чему следует готовиться. Во время полицейского вторжения стало ясно, что немцы бесследно пропали, а на месте их палаток осталась только примятая трава. Пропажа не была полицейским похищением. Немцы, несмотря на некоторую взаимную напряжённость, решили действовать сообща. Они выставили датчики сигнализации на дальних подходах, ничего не сообщая пригласившим. Как только датчики сработали, одетые и готовые к эвакуации немцы тихо свернули палатки, располагавшиеся на окраине туристического городка. Свернув палатки, они взяли предварительно подготовленные рюкзаки и быстро покинули «туристический посёлок» по предварительно проработанному маршруту для эвакуации. Тем самым они предоставили делать выводы о вреде легализма тем, кто их ещё не сделал. Нетоварищеское поведение, - кричит проницательный читатель. Тут как посмотреть. Неужели более товарищеское поведение - это блуждать по скалам и лесам, ожидая, когда смартфонизованных придурков выловят по одному? Поведение немцев имеет тот плюс, что оно не мешало быстрому и полному выявлению необходимых последствий такой организации мероприятия, какой она была. В случае долгих погонь и облав отрицательный результат мог представляться случайностью, от которой упорно пытались уйти. В случае тихого ухода немцев пригласившая организация была вынуждена идеологически затуманивать реальный факт. Нам интересен шедевр дедукции: «немцы привели полицию». Смартфон не виноват, это всё («циркуль, молот, жито»5) иллюминаты6 из Восточного Берлина! Где-то уже приходилось встречать подобный шаблон умозаключений...

2

Вальдбахский инцидент

(переработанное и прокомментированное свидетельство)

Разбор свидетельств о тайных многодневных выездных научных (и не очень научных) конференциях заставляет сделать вывод, что поиск революционной традиции в нашем ближайшем прошлом занятие весьма неблагодарное. Например, современный немецкий политический коммунизм имеет влиятельность в немецком обществе намного выше, чем у «Коммунистической» «Партии» Польши. Количественно немецкий политический коммунизм сейчас выше, чем Коммунистическая Партия Украины образца 2006 года со всей окружающей политической жижей. При этом в своей массе немецкий политический коммунизм столь же мало подходит к каким-либо проявлениям революционности как и бесполезный активизм наших «домашних» «партий» или той же самой КПУ 2013 года. Не нужно так уж хорошо знать ситуацию в немецком политическом коммунизме, чтобы понять, что в нём хотя и не господствуют, но хорошо различимы многие признаки распада, характерные для его восточных соседей.

Диагностика демонстрации Die Linke, маразматических собраний «Коммунистической» Партии Украины образца 2012 года или съезда «Коммунистической» «Партии» Польши едва ли может быть интересна не только зарубежному, но и местному читателю. Отчасти по причине здорового чувственного отторжения, отчасти по причине наличия перед нами эмпирического результата этой политики. Где же тогда искать незамеченные современниками первые симптомы смертельной болезни политического коммунизма?

Артефакты политического антиквариата неожиданно помогли в поисках первых современных7 по форме проявлений той болезни, которая фактически привела к суициду политического коммунизма чуть ли не в десятке европейских стран. Под нашим вниманием откроются свидетельства о характерном случае, связанном с одной внутренне активной организацией политического коммунизма, сформировавшейся позднее падения народной демократии. Благодаря вытащенным из архивов свидетельствам удалось дополнить ранее слышанную из другого источника историю об одном из первых современных проявлений разложения политического коммунизма. Это одно из первых ярких проявлений самой современной симптоматики той болезни, которая восточнее меридиана Одры и Нысы Лужицкой уже превратилась в полную организационную деградацию политического коммунизма.

Предложивший свои воспоминания неизвестный западный читатель оказался весьма кстати, чтобы вспомнить почти забытые события, которым никто из участников не придал большого значения. Речь пойдёт о попытке организовать тайную многодневную выездную конференцию в одной из тогда многолюдных (а ныне разложившихся) организаций политического коммунизма одной из европейских стран. Показанные болезненные тенденции не будут прямым продолжением известных со времён народной демократии организационных болезней. Под лупу попадёт их очень своеобразная модификация новыми условиями. Таков принципиальный момент, который заставляет пристально разобрать события одного далёкого от нас дня.

Скальпель для вскрытия политических трупов мы сменим на струны лиры. Предоставивший свидетельства неизвестный западный читатель, назвавшийся „Poirote" спустя многие годы сохранил в рассказе лирический настрой своих размышлений. Смело наполним чаши из десятилетней давности пифоса8 зная, что его никто не использовал как политический нужник9. «Камена10 Постверта11 набрала в пифос воды из самой Иппокрены12» - убеждал „Poirote", приглашая в коммуникатор на «текстовый симпозиум13» по итогам предварительного чтения его присланных заметок.

___

Вальдбахский14 инцидент произошёл в тёплое время года в гористой пустынной местности, куда представители одной из организаций европейского политического коммунизма тайно переместились для многодневной конференции. Свидетельства от „Poirote" сложно заподозрить в искажении картины, учитывая то, что основные события поддались успешной перепроверке у одного из хороших знакомых, который, хотя и не был участником событий, но записал рассказ одного из их участников через 3 недели после событий. Возможна ли перепроверка по третьему источнику? Вопрос непрост. Почти всех упоминаемых представителей политического коммунизма постигла самая обычная участь. Большинство из них теперь занимаются какими-то совершенно не имеющими значения для развития общества вещами за пределами политического коммунизма и больше никак не пробуют действовать в пользу коммунизма. Где их теперь искать и не подались ли они в эмиграцию? Да и что нового можно было бы от них узнать? Разоблачить „Poirote" в неточностях и умалчивании тех аспектов организационного хаоса, о которых мы не узнаем из его рассказа? Уточнить планировочные, пневматические и электрические схемы? Такая детализация едва ли будет нужна читателю, ведь речь идёт о постановке проблемы осмысления, а не о детальной реконструкции событий. Для нашей цели хватит двух имеющихся свидетельств разной детализации.

Как сообщил „Poirote", точный тематический регламент тайной конференции, связанной с Вальдбахским инцидентом, в его архиве не сохранился. Другой товарищ, известный мне намного лучше, сообщает, что тематический регламент не имел большого значения, так как фактически был провален. Он же добавляет, что в центре рассмотрения должны были оказаться «немецкие, венгерские и болгарские проблемы 1918 года», а также их «дидактическая связь с нашим временем». То есть с обстановкой 2009-2011 годов, которая характеризовалась относительным оживлением самообразования при сохранении главенствующего организационного влияния за политическим коммунизмом. Карта европейского политического коммунизма тогда была распланирована совсем иначе, чем сейчас. Начавшееся в Польше и Германии движение политического и теоретического самообразования прямо высмеивалось представителями политического коммунизма как заблуждающаяся секта, чего уже не наблюдалось в Греции, где аналогичное движение началось в 2002 году. «Последний смеётся лучше», говорит немецкая пословица. Насмешники образца 2008-2009 годов чаще всего перешли из политического коммунизма на позиции контрреволюции. Намного реже они оставались бесплодными внеисторическими существами, чьё общественное время остановилось в момент их стабилизации в составе политического коммунизма.

____

Конференция для всех участников начиналась с полного досмотра на каком-то пустыре с руинами ангаров. Они были на полпути между автобусной остановкой и железнодорожной платформой, то есть были удобны для прибывающих любым транспортом. Ангары были отправной точкой, с которой разными маршрутами, по мере накопления, досмотренные товарищи уходили небольшими группами на место туристического городка. Досмотр проводил технический комендант с целью исключить наличие смартфонов15. В той стране направленный против смартфонов и ячеечных телефонов досмотр практиковали к тому времени всего лишь 2 или 3 года. В Германии он распространился после какого-то незначительного инцидента в 1997 году, так что досмотр был обычной мерой предосторожности, во многом типичной для сферы влияния немецкого политического коммунизма.

Ещё на входе в то, что считалось храмом живой мысли, был поставлен жрец политической гигиены. Подобно персонажу поэмы Вергилия, прогонявшему чужаков возгласом "Procul, o procul este, profani"16, служитель политической и уголовной гигиены прогонял прочь посвящённых в смартфонные17 мистерии политической полиции. Такая охрана того, что должно было стать храмом живой мысли, хотя и успешно защищала от полицейского вторжения, но не могла гарантировать именно живой мысли. Ибо хотя полицейское вторжение сильно оживляет мысль, её последующая работа уж точно не будет коллективной. То есть для живости мысли имелись лишь необходимые, но недостаточные условия. В какой-то степени такая характеристика умственной ситуации отражает её последующее фатальное развитие.

Без массовых собраний и без смартфонов между рассветом и закатом на Вальдбахском склоне были собраны все участники конференции. „Poirote" пришёл на место туристического городка в составе первой группы для того, чтобы посмотреть на товарищей в неформальной обстановке и завязать контакты до начала официальных мероприятий. Детальное свидетельство о подготовке места городка весьма интересно и слегка занудно, как все остальные присланные „Poirote" заметки.

В лесистой местности на склоне была выбрана относительно ровная и широкая площадка рядом с потоком питьевой воды. От веток и камней был расчищен единственный небольшой квадрат, занятый полусобранной палаткой. Остальное пространство не было ни освоено, ни распланировано. На окраине на груде камней соорудили нечто похожее на стол. К камням был подведён длинный резиновый шланг шедший к закопанному подальше от городка газовому баллону. По предположению „Poirote", он играл роль не только в составе кухонного снаряжения для массового приготовления еды. У немцев на тайных конференциях 1990-х годов газовый баллон помогал инициировать контролируемое возгорание в случае враждебных вторжений, чтобы под прикрытием огня можно было эвакуироваться. Поэтому, в зависимости от характера местности, немцы создавали огнезащитные полосы для предотвращения лишнего ущерба природе.

В туристическом городке пришедший с первой группой „Poirote" увидел только повара первой смены, должно быть, друга технического коменданта. Повар налаживал на импровизированном столе газовое оборудование из двух низких газовых стоек на две горелки каждая. Он ничего не ответил на вопрос „Poirote" о намеренном воспламенении, или ответ почему-то не был записан или его решено было не передавать на публикацию.

Кроме единственного расчищенного квадрата под палатку технического коменданта расположение других палаток не было никак намечено. „Poirote" предположил, что оно будет хаотическим и поэтому выбрал место, где не должна была возникнуть давка при эвакуации. Расчистив площадку и поставив палатку, он помог установить палатку какому-то новому знакомому и пошёл с ним обходить окрестности. Тщательно осматривая местность, они обнаружили, что за кустами на палочках были развешены мотки тонких черных и тёмно-зелёных18 проводов. Позднее оказалось, что это выводы линий сигнализации и телеграфа. „Poirote" отметил, что «дежурная палатка» (Wachraum) появилась тогда, когда в туристический городок подошла четвёртая группа, то есть примерно десять человек обходились без всякой защиты от враждебных вторжений. Лишь подошедший дежурный первой смены отправил кого-то на осмотр сигнализации, а сам поставил Wachraum, провел провода из кустов до специальной дырки и стал налаживать оборудование на столике внутри палатки. Введя в строй сигнализацию, дежурный, не выходя из палатки, собрал всех у входа. В короткой лекции он предупредил, что о пересечении некоторых линий нужно сообщать, чтобы не было тревоги и разъяснил, как не сломать сигнализацию. Лишь спустя час после этого был отправлен первый дежурный на пустовавший до того дальний пост. На том, что это такое, остановимся позднее. Пока же рассмотрим «официальные события».

Прибывший с последней группой технический комендант на общем собрании выслушал ранее принятое организацией решение о назначении научного коменданта. „Poirote" отмечает, что объявленное назначение не выглядело неожиданным для присутствующих.

Разделение технических и научных обязанностей по конференции типично далеко за пределами сферы влияния немецкого коммунизма. Оно существовало ещё во времена народной демократии в связи с совсем не тайными выездными конференциями. Эпоха политических преследований сделала разделение обязанностей обязательным, ибо сохранение тайны в добавление к до того имевшимся организационно-техническим обязанностям совсем не оставляло шансов прорабатывать научный и педагогический материал для правильного проведения умственной части конференции. В Западной Германии существование двух комендантов никак не поясняют. В Восточной Германии разделение обязанностей не очень убедительно пытаются представить как адаптацию традиций пионерской республики19 после Второго Аншлюсса. Как бы там ни было, факт разделения труда оказался повсеместным и обязательным. Наконец, он оказался столь ярко выраженным, что без профессионального кретинизма не обошлось. В полном соответствии с логикой развития политического коммунизма в некоторый момент оказалось, что с одной стороны имеются безмозглые руки, а с другой стороны безрукий мозг. Таков уж оказался политический коммунизм в эпоху деградации промышленности, что руки развивались в направлении засыхания мозга, а мозг в направлении засыхания рук.

Итак, на общем собрании встретились предварительно назначенные коменданты. Научный комендант должен был обеспечить содержательность обсуждения, а технический комендант (по скопированной у немцев инструкции) отвечал за все бытовые, инженерные и организационные проблемы. В Германии 1990-х годов технический комендант обладал на выездных тайных конференциях почти диктаторской властью. Он подбирал местность, утверждал план размещения палаток, готовил план быстрой эвакуации, контролировал обеспеченность кухонным оборудованием, составлял и репетировал план защиты от враждебных вторжений, утверждал общий распорядок на все дни. Единственное, что не делал у немцев технический комендант - это подготовка бесед и лекций. При такой загруженности читать что-либо, кроме инструкций, было физически невозможно. Примерно так, не столько по немецкому образцу, сколько по необходимости, устроились дела у технического коменданта туристического городка у Вальдбаха. Однако без нелепого копирования немецких особенностей явно недостаточными силами обойтись не могло. „Poirote" написал о некоторых особенностях ведения дел техническим комендантом. На единственном опасном подходе был организован дальний замаскированный круглосуточный наблюдательный пост. Он сменялся через тыловую тропу каждые три часа и был связан с Wachraum замаскированной телеграфной линией, идущей прямо через обрывы и заросли. Была придумана (или извлечена из немецкого пионерского справочника?) какая-то система сигналов, гарантирующая работу линии и регулярные сообщения о нормальной обстановке. Из подробного сообщения о сигналах, сделанного „Poirote", заслуживает внимания только то, что самый короткий сигнал означал наибольшую угрозу. Он должен был привести к быстрой и полной эвакуации.

Если читатель предполагает, что технический комендант был перенесённым на другую почву воплощением пионерской находчивости, то это ошибка. Имело место слишком специфическое копирование немецкой практики. Мешки с едой для варки были опломбированы не подписью технического коменданта, а подписью того, кто взялся их закупить и доставить. Напомним, что единственный расчищенный для палатки квадрат был занят палаткой самого коменданта. Все остальные палатки, включая Wachraum, были установлены в хаотическом порядке без предварительного плана. Номерные жетоны, определяющие порядок дежурств, были развешенны на палатках в хаотическом порядке. Получилась какая-то Sesamstraße20 - иронизирует „Poirote".

Читатель может догадываться, что там, где есть коменданты, там нердко бывает комендантский час. Так и решило общее собрание, установив комендантский час с 22.00. Весьма странная мера для обеспеченного сигнализацией и дальним постом туристического городка. По решению собрания все перемещения в период комендантского часа, включая вызванные физиологическими причинами, должны были визироваться у дежурного в Wachraum. Если кто-либо ночью направляется из палатки не по прямой к Wachraum, это объявлялось основанием для обшей тревоги. „Poirote" откровенно высмеял такое начинание: «Разрешите отправиться на испражнение, господин офицер, - спросил Швейк. - Тебе срочно? - Так точно! - Отправляйся, Швейк, но быстро! - Так точно, господин офицер. У меня и до разговора с вами было большое желание отправится побыстрее».

Когда в Wachraum и на дальнем посту уже сменились по три дежурных периода комендантского часа, тогда технический комендант перед восходом вышел в обход на склоны соседних гор. Убедившись, что оттуда палатки не видны, он больше никак не проявлял себя в публичной жизни туристического городка. Чем же он занимался, что утомился до безразличия? Выбрал место и договорился о привозе газового баллона, оборудовал пост на дальних подходах и телеграфную линию. Кроме того, скопировал график заседаний, досуга и питания путём перевода с немецкого языка регламента одной из конференций FDJ. Что ещё делал технический комендант? Установил электрическую сигнализацию по технологям 1950-х годов (или 6-го года по школьной программе Народной Польши) с наименее опасных направлений вторжений. Надо думать, что после всего этого технический комендант ощутил себя супергероем и поэтому устранился от какой-либо деятельности по своей должности. На общих основаниях он позднее повёл две трёхчасовые вахты на дальнем посту и две таких же вахты в Wachraum, так, что на три дня приходилось полторы вахты. Но это было общее для всех назначение, ведь тревожные обязанности дежурного в туристическом городке или на дальнем посту оставили след в памяти всех присутствующих. За сутки назначалось 8 вахт в Wachraum и столько же на дальнем посту.

На вопрос о том, насколько реальна была опасность враждебных вторжений на тайную конференцию „Poirote", не смог дать ясного ответа. Всё-таки это была для него другая страна и местный контекст во всей полноте был неизвестен. Какие-то попытки судебного преследования политического коммунизма тогда были, но ни яростью, ни настойчивостью, ни успехом они не отличались. Из-за этого спустя столько времени сложно как-то связать экспортированные из Германии предосторожности с каким-либо реальным фактом преследования. Известно, что полицейским преследованиям в те года изредка подвергались только некоторые люди, принимавшие участие в демонстрациях, но хронология подобных событий спустя столько лет едва ли может быть восстановлена. По мнению „Poirote" взаимоотношения с полицией у участников вальдбахской конференции выглядели более спокойными, чем у FDJ. По дополнительным свидетельствам другого товарища, обстановка на конференции не была характерна для фазы обострения конфликта с общей или политической полицией. „Poirote" делает похожий вывод на основании того, что ни серьёзно, ни в шутках проблема полицейского вмешательства не упоминалась. Совершенно очевидно, что примерно в 2010 году предосторожности против враждебных вторжений были результатом одновременно начала экспорта более развитых немецких организационных традиций и делегализации чешского комсомола, состоявшейся за несколько лет до того. Она, как может помнить читатель, повлияла на дела политического коммунизма от Эстонии до Албании, ненадолго усилив фракции, выступавшие в пользу развития политической милиции, разложившиеся к 2012 году.

Тупость технического коменданта и его желание скопировать немецкий опыт ,чтобы не думать своей головой, является остаточной и едва уловимой инерционной формой бюрократизации из последних времён народной демократии. Чем-то похожим являлись в то время выступления Матея Колманича в Словении, этого, по словам Яблоньского, «человека в пальто независимо от времени года», а по словам одного немецкого товарища, «политического гибрида Жижека и Тито». Спустя какое-то десятилетие надежды на инерционность и возможность не думать своей головой выглядят совсем не комически, а напоминают о зловещем действии демонической силы невежества. Что вполне естественно, ибо новые силы, разбуженные самообразовательными начинаниями 2008 года, едва-едва появились в европейском коммунизме и не могли определить его лицо. А в те года мы имели то, что имели21.

Убедившись, что защита от враждебных вторжений организована как нельзя лучше, научный комендант настолько успокоил свою совесть, что впоследствии было очень трудно проверить в то, что она не умерла совсем.

Выяснив главные черты технической работы технического коменданта, посмотрим на «научные» «работы» научного коменданта. Он относительно легко добился, чтобы в организации его считали крупным теоретиком. Такая репутация была результатом того, что научный комендант за несколько лет до того задумал хаотический план якобы текстологических работ в разных направлениях и нашёл нескольких соисполнителей.

При характеристике того времени в области текстологии теперь почти нельзя избежать упоминания недоступной ныне витрины sozialistische-klassiker.de. Там впервые на немецком языке в относительно однородном и систематизированном виде были собраны главные произведения классиков материалистической диалектики. Научный комендант ничего не знал о принципах и результатах работы немецких текстологов. Имеющиеся свидетельства о научном коменданте происходят преимущественно не от „Poirote", а значит можно ставить претензии более уверенно. Хотя научный комендант не мог (как минимум, в то время) разговаривать на немецком языке, но среди его сотрудников были люди, достаточно владеющие немецким языком для того, чтобы читать хотя бы журнал RotFuchs, поступавший за границу с 1999 года, не говоря о появившихся позднее более серьёзных изданиях. То есть научному коменданту могли рассказывать об уровне развития немецкой текстологии 2007 года. В нашем сравнении с немецкою текстологиею нет никакого шовинизма, ведь это были передовые для своего времени рубежи развития конкретного вида работ, достигнутые одним из мощнейших коммунистических сообществ в Европе тех лет.

«Крупный теоретик» на самом деле был отсталым по меркам своего времени текстологом. По меркам нашего времени в Варшаве его бы даже не признали текстологом, поскольку столь отсталые методы работы к текстологии теперь не относятся даже в кругах польских социалистических школьников, плохо знакомых с научной текстологией. Такова «научная» физиономия коменданта, которого с одинаковым успехом можно было бы назвать квазинаучным или псевдонаучным.

Если с одной стороны выявилась псевдотекстология, то нетрудно предположить, что где-то рядом могло угнездиться агрессивное эмпирическое сознание, не имеющее никакого желания систематически учиться на чужих ошибках, тем более по классическим произведениям материалистической диалектики. Эти явления нашли выразителей в границах того же самого туристического городка. Итак, наш недотекстолог с репутацией крупного теоретика должен был обеспечить качественное научное и педагогическое наполнение многодневной конференции...

Мы имеем одновременно в одном лице жертв и творцов хтонической эпохи22 коммунистического только по самомнению сознания. „Poirote" правильно замечает, что вместе таких людей, как технический комендант и научный комендант, мог свести только политический коммунизм. Хочется расширить, что единство таких людей и является политическим коммунизмом. Каждый в якобы своей сфере предполагал, что инерция того времени, когда половина Европы не жила по законам частной собственности, достаточно велика. Они полагали эту инерцию достаточной для того, чтобы некритически повторять увиденное или зарабатывать репутацию на видимости. Наверное, именно поэтому участники многодневной конференции получили непредвиденные проблемы. О подобных комендантам «ингредиентах» кулинары и химики говорят, что их можно смешивать, но не взбалтывать.

____

Вальдбахский инцидент произошёл на закате в первый полноценный день тайной многодневной конференции. „Poirote" описывает все предшествующие события с такой детальностью, что их не получилось перепроверить по другому источнику. Другой товарищ, узнавший об инциденте из вторых рук позднее, уже не помнит точного хронометража событий, рассказывая о произошедшем только в общих чертах. Поэтому нам можно положиться только на достоверность рассказа „Poirote".

В тот день научный комендант проводил две лекции. Одна была утренней, другая вечерней. По расписанию примерно в середине вечерней лекции заканчивалась очередная трёхчасовая вахта на дальнем посту. Там смена приходилась на середину вахты в Wachraum и наоборот, чтобы дежурные никогда не менялись одновременно. Сменщик вышел на дальний пост в самом начале лекции, а вернуться с дальнего поста должен был ближе к концу лично технический комендант, который имел там дежурство на общих правах. Не без иронии „Poirote" замечает, что технический комендант был лишён возможности попробовать на вкус непроваренную кашу, которую готовил случайный повар, не имевший даже рецепта. „Poirote" сообщает, что повар, налаживавший за сутки до того газовое оборудование, тем же вечером сложил обязанности, а заменяющего назначения со стороны технического коменданта не последовало. Видимо, он вообще упустил из-под внимания проблему питания. Раздосадованный тем, что идущий на смену заблудился и полчаса искал в предзакатном лесу дорогу к дальнему посту, технический комендант едва ли думал о том, кто должен был позаботиться хотя бы о пяти копиях топографической карты. Какие-то тяжёлые мысли преследовали его во время ожидания заблудившегося сменщика. В таком настроении он попал к концу второй «лекции», проводившейся научным комендантом. Должно быть, у технического коменданта ещё не стёрлись «яркие воспоминания» об аналогичной утренней лекции. Каждому, кто сталкивался с групповыми «умственными» мероприятиями политического коммунизма, легко предположить содержание вялой попытки разбавить формальный монолог содержательным диалогом. Забавно, что тем, кто сильнее всего тормозил процесс осмысления, был сам научный комендант. Он постоянно перебирал свои конспекты, выписки и какие-то неизвестные науке документы в поисках готовых правильных ответов. Очень похоже, что такой стиль проведения лекций был не исключением, вызванным особенностями темы, а личной чертой научного коменданта. Именно в таком духе должны были проходить лекции-обсуждения в течении нескольких следующих дней. Научный комендант собирался разбирать предпосылки, ход и значение событий 1918 года в таком духе, что в 1918 году ему бы за это выразили свинцовое неодобрение представители обсуждаемых им как немецких, так венгерских и болгарских рабочих.

Все свидетельства сходятся в том, что научный комендант и технический комендант не имели между собой никакой предварительной антипатии. Ранее каждый знал о деятельности другого, но относился к ней с безразличием. Никакие имущественные или личные интересы не могли превратить их во врагов. По всем свидетельствам они виделись до конференции два или три раза на очень небольшое время и не имели между собой никаких разговоров. Тем не менее, вечером первого полноценного дня конференции произошла драка с между комендантами. «Лес шануе ціхіх»23 - говорили у наших восточных соседей. Драка была без криков.

____

Драка внутри политического коммунизма не была типичным явлением в те годы. Не будет правдой и то, если мы назовём драку исключительным явлением. Весьма редкими между Луарой и Нямунасом были драки внутри одной организации. Но сама по себе драка внутри организации не была бы достойна того, чтобы остаться в памяти как Вальдбахский инцидент. Сопоставляя подробный рассказ „Poirote" со свидетельством другого товарища, можно составить правдоподобную картину тех злополучных минут.

К моменту возвращения технического коменданта прошло более двух часов, которые были целиком поглощены «напряжённой мыслительной работой» на вечерней лекции. Последние полчаса «этого занимательного мероприятия» прошли в присутствии технического коменданта. С завершением лекции новый дежурный, вскоре заступающий на посту в Wachraum, подсаживается к старому и внимательно слушает рассказ об устройстве телеграфа и панели сигнализации. „Poirote" во время гимнастической разминки с палкой расспрашивает соседку из палатки через тропу о впечатлениях от «вечерней лекции». Где-то рядом у товарища, прошедшего ночную вахту на дальнем посту, спрашивают, как там пройти в сумерках. Кто-то решил основательно подготовится к началу своей вахты на дальнем посту. Ориентироваться без нормальных карт, - как это в стиле политического коммунизма! - всё равно в топографии, в политике или в теории.

В какой-то момент многие разошлись к своим палаткам для подготовки спальных мест. До начала комендантского часа по расписанию были предусмотрены так называемые незанятые часы, которые можно было проводить по своему желанию. В первые минуты после лекции никто не удивился тому, что научный комендант и технический комендант пропали из городка, а из более-менее официальных лиц в палаточном городке остался только дежурный из Wachraum. Очередной стихийно возникший повар с добровольными помощниками ушёл заниматься подготовкой еды для позднего ужина. Какой-то ксилофонист на минимальной громкости репетировал «Интернационал», подбирая тон.

Недалеко от закатной бытовой идиллии, в стороне от палаток, примерно через двадцать минут после завершения вечерней лекции всё обличённое полномочиями руководство решило заняться физическим исчерпанием политического конфликта. Дежурный из Wachraum обнаружил драку только тогда, когда закончил инструктаж вышедшего из палатки сменщика. В полном согласии с висевшим в Wachraum переводом немецкой инструкции дежурный не отвлекался от телеграфного пункта и индикаторов сигнализации «до появления явной угрозы чьей-либо жизни». Подозвав двух проходящих мимо, он немедленно отправляет их ... на срочное усиление дальнего поста. Об этом „Poirote" узнаёт от самих медленно убегающих, обсуждавших на ходу какую-то странную рисованную карту. Видимо, они уже успели поручить убрать своё имущество соседям по платкам, чтобы оно не было разбросано в случае экстренной эвакуации.

Дежурный хорошо читал инструкцию. Враждебное вторжение в случае необычной или подозрительной ситуации может быть только катастрофой. Драка не угасала за те сорок секунд, в которые дежурный превратил прохожих в усиление дальнего поста. К площадке за окраиной городка стали собираться жители ближайших платок. Начались словесные попытки разнять дерущихся. Весовые категории противоборствующих оказались примерно равными. Надежда на быстрое естественное завершение драки не оправдалась. Дежурный из Wachraum не мог вмешаться, это было бы тяжелейшим нарушением инструкции. Из находившихся в городке больше никто не был обличён никакими публичными полномочиями. Какую-то их тень имел очередной стихийный повар, но он был занят готовкой. Хотя никакие инструкции не предписывали оставаться у посуды любой ценой, он предпочёл не вмешиваться. Как сообщил „Poirote", повар был относительно мало знаком с теми, кто вращался вокруг комендантов и очень дорожил хорошими отношениями со всеми, чтобы закрепиться в организации политического коммунизма. Если в политическом коммунизме нельзя получить авторитет через понимание коммунизма и выстраивание стратегии работы в пользу коммунизма, то авторитет можно получить ... через наполнение желудка. „Poirote" ничего не сообщил о том, что стало с поваром, а другой товарищ сообщил, что повар попал ... в состав ЦК. Какой же привкус иронии имеет в таком контексте сообщение „Poirote" о том, что тот повар действительно вкусно готовил.

Только через полторы-две минуты первым подошедшим стала ясна тщетность словесного воздействия. К тому времени все присутствующие в туристическом городке были в курсе продолжающейся драки, и все те, кто не подошёл ранее, направились к дерущимся. С большим запозданием начались попытки растащить оппонентов, которыми никто не руководил. Почему? Авторитет власти? Неуверенность в своих силах? Слишком неожиданная ситуация? Отсутствие посполитого24 сознания? Воспетая Гашеком европейская тупость? „Poirote" как один из иностранных участников тайной конференции отказался от формулирования каких-либо выводов, обосновывая непониманием местных традиций. Во всяком случае, для участников той конференции рокош25 не была обычным делом.

Не дожидаясь окончательного растаскивания или просто не осознавая до конца происходящие события, дежурный решил радикально нарушить покой всех присутствующих. Он придумал очень плохой способ вмешательства. Для привлечения внимания был подан двойной сигнал велосипедным звонком, что означало всеобщую экстренную эвакуацию.

Некоторые из тех, кто пытался разнимать дерущихся, рванулись к палаткам и стали их собирать. У кого-то оказалось довольно много рассредоточенных вещей, чтобы собирать их в рюкзак. Хаотическое размещение палаток обеспечило то, что после сигнала эвакуации участники конференции стали спотыкаться о чужие палатки, пытались обежать их или просто наступать на чужие палатки не глядя даже на то, нет ли там людей.

Дежурный из Wachraum до обнаружения технического коменданта должен был руководить эвакуацией. Он никуда не собирался эвакуироваться, но не сразу понял ошибочность своего вмешательства в ситуацию. Когда кто-то в хаосе врезался или облокотился на Wachraum, дежурный вышел из палатки и стал махать руками останавливая эвакуацию, а потом приказал всё-таки разнять дерущихся.

Ночной покой был нарушен. Общее собрание с исключением подравшихся и дежурных выбрало, по римскому обычаю, диктатора для наведения порядка. Подравшимся связали руки. До разбора хаотически разбросанных при попытке эвакуации вещей было принято решение разместить палатки по регулярному, почти гипподамовскому26, плану с исключением нескольких хорошо просматриваемых издалека точек. Этим пришлось заниматься всем, кроме связанных. Кстати заметим, что эвакуация привела к порывистым и хаотическим индивидуальным действиям. Забавный факт для характеристики уровня организованности или уровня коллективизма27.

О квалификации технического коменданта свидетельствует то, что на конференцию не был назначен или выбран медицинский ответственный. В Wachraum не хранили никакого запаса лекарственных и перевязочных средств. Там было только настольное электрическое оборудование, аккумулятор, стол со стулом и огнетушитель. Из всех присутствующих никто не имел велосипеда для быстрого спуска в ближайшее местечко за помощью в случае проблем медицинского характера.

В наступившем хаосе и сумеречном перепланировании туристического городка был задержан сменщик вахты на дальнем посту. Список смены вахт был случайно порван в драке, а при перестановке с некоторых палаток упали номерные жетоны, цифрами которых была указана очередность вахт28. По решению диктатора первый расположивший палатку по новому плану отправился на дальний пост. После него по собственному желанию был назначен „Poirote". По рассказу, он там хорошенько обдумал ситуацию. Ночной полуокоп в лесу с видом на дорогу в предгорьях через инфракрасный бинокль. Хорошее, наверно, было для „Poirote" место для размышлений. А ведь это далеко не самое странное из того, что было на той конференции.

Многие спали в чём их застала темнота, да к тому же не на своих подстилках, но хотя бы в своих палатках. Освещение вне палаток было, тоже по заимствованному немецкому правилу, запрещено во избежании нарушения световой маскировки. Комендантский час не устанавливался. Утром с рассветом начался разбор вещей. Медленный и утомительный поиск своих вещей и выставление неопознанных вещей на проложенную «улицу» заняли около двух часов. Сложно понять, насколько это естественно для политического коммунизма сейчас, но тогда никто не заявил, что по результатам разбора у него хоть что-нибудь пропало. Стихийные группы для прочёсывания окружающей местности за час выставили на «главную улицу» всё найденное, вплоть до отлетевшего ластика известной чешской марки29. Как только каждый оказался с полным комплектом своих вещей, на общем собрании были сложены диктаторские полномочия и начались прения. Бывшие коменданты с развязанными руками участвовали в собрании на равных. Главные вопросы легко угадать. Каково будет дальнейшее умственное содержание конференции? Что делать с выявленными недостатками технической и научной организации конференции? Как поступить с нарушителями дисциплины?

События следующих дней не имеют для нас никакого интереса. Это были типичные дни типичной тайной выездной конференции политического коммунизма. „Poirote", приславший материалы зимой, решил завершить рассказ шуткой:

Что этим диковинным утром потом

Ещё свершилось, об этом

Впоследствии я расскажу, когда

Теплей у нас будет, летом30.

____

Конференция завершилась через несколько дней, но за 2 дня до плана. Чем-либо заполнить время, предназначенное для лекций, не удалось, но остальные части плана были выполнены, а лекционное время «скопилось в хвост», который решили отсечь досрочным возвращением. После возвращения участников к обычной жизни было открыто официальное расследование в организации, созывавшей конференцию. Официальные выводы, разосланные через месяц, были текстом написанным, чтобы ничего не писать. „Poirote" начал своё расследование по свежим записям со смутным ощущением, что вальдбахский инцидент значит что-то большее, чем обычная драка. Только через неделю, по словам „Poirote", пришло понимание того, что проблема имеет надличностный характер, и нужно пробовать разобраться в мировоззренческой анатомии подравшихся. По словам „Poirote", выводы были получены им частью из опросов присутствовавших, частью из позднейших опросов знакомых подравшихся, а частью из конфиденциальных черновиков внутреннего расследования. Не надо спрашивать как „Poirote" смог их достать, вопрос был оставлен без ответа.

Официальное расследование и расследование, которое сделал для себя десять лет назад „Poirote", сходятся в том, что научный комендант был крайне недоволен технической организацией конференции, когда кроме системы предупреждений о вторжении вся остальная техническая работа была провалена или передана в стихийное управление желающим. Технический комендант в свою очередь был крайне недоволен научной составляющей конференции. Прослушав часть «лекции» он понял, что ради такой «умственной работы» не стоило заниматься за несколько дней до конференции поиском площадки, устройством дальнего наблюдательного поста и прокладкой телеграфной линии. Оба коменданта поняли, что за последующие дни ситуация едва ли изменится к лучшему и «отошли для конфиденциальной беседы». Официальное расследование в своих выводах преследовало цель сохранить сложившееся фракционное равновесие. Что же, фракционное равновесие в умершей организации было сохранено... Кому теперь какое до этого дело?

Год спустя была собрана аналогичная конференция. Посетивший её представитель FDJ, отметив имевшее место за 2 последних года продвижение в организации быта, назвал конференцию вялой попыткой политизации старческой зевоты ума у телесно молодых товарищей. Впрочем, для внимательного читателя это излишняя характеристика. Следующие конференции представители FDJ не посещали.

10 лет назад никто не ставил вопрос о том, почему два добросовестных и весьма деятельных товарища, определившиеся в пользу коммунизма ,вынуждаются к таким действиям. Официальное расследование свело причины драки к каким-то случайным факторам. Но Вальдбахский инцидент сохранял некую загадочность, причём не в эмпирическом смысле, а в теоретическим. Как ответил на мой вопрос „Poirote", «были собраны все нужные эмпирические данные и много лишних». До сих пор не вполне ясен вопрос о том, был Вальдбахский инцидент призраком прошлого или зловещим предупреждением из будущего. Было это проявление дошедшего до суицида разложения политического коммунизма? А может, мы столкнулись с болезнью роста сообщества, лишь позднее вставшего бесповоротно на путь суицида?

Признаки будущего в Вальдбахском инциденте бросаются в глаза. Конференция по интересной теме с сильным коллективистским компонентом для находчивых, деятельных и скромных участников, субъективно определившихся в пользу коммунизма. Сила коллективизма и дисциплина была такова, что при численности в несколько университетских групп не было ни одного участника с телефоном ячеечным. В какой европейской стране к востоку от границы стран народной демократии найдутся сейчас настолько мощные, целеустремлённые и сосредоточенные практики, собравшиеся для разбора теоретических проблем, да в таком количестве? Так что явно какие-то яркие черты, заставляют относить некоторые выводы о Вальдбахском инциденте к будущему, а не к прошлому.

Черты умирающего прошлого также видны в Вальдбахском инциденте. По официальному расследованию, завершившемуся статьёй в два абзаца, мы не смогли бы догадаться он них. Но недавно „Poirote" смог соотнести свой архив с картиной, показанной в той части продолжаемых очерков, которая рассказывала о facebook-члене ЦК. Технически он был противоположен участникам конференции, а вот мировоззренчески отстоял от них не так далеко... Получается, что его мировоззренческое отличие от аккуратных практиков описанной конференции не столь уж велико, как может показаться при беглом осмотре. Возможно, в области теории отличие ещё меньше. Со стороны „Poirote" была выдвинута гипотеза о тех условиях, в которых практики с тайной конференции и facebook-член ЦК «поменяются» техническими убеждениями. Гипотеза весьма сомнительная чтобы знать о ней читателю, но проблема имеет место и поставлена довольно остро.

В отношении технического коменданта известно, что обобществление он понимал буквально по Яношу Корнаи образца 1980-х годов, а Этцеля Агга обвинял в мягкотелости. Научный комендант практиковал превознесение буковоедства31 под видом текстологии. Он пытался выдавать себя за сторонника Лукача, впрочем, об обоснованности такого поведения можно сделать однозначный вывод. Открывшееся „Poirote" свидетельства о мировоззрении научного коменданта приводят к мысли, что у подобного оппортунистического догматика не было ни единого шанса понять ни доводы сторонников линии Лукача, ни доводы его противников. Увы, квалификация окружающих в сфере теории, несмотря на интерес к событиям 1918 года, была такова, что догматика не могли отличить от теоретика, а буквоеда32 от текстолога. Это не было исключительной бедой той страны, где проходила тайная конференция. Для польского политического коммунизма годами был невозможен выход за пределы подобных поверхностных воззрений. Георгий Бережной, автор воззвания 2014 г. «Время теории» мог бы подтвердить, что в КПУ аналогичная ситуация без изменений продолжалась до полного распада организации. Во многом подобная ситуация была выражением тенденции ведущей к такому распаду. Тенденция ведущая к мировоззренческому краху, видимо, так никогда и не будет осознана в разложившемся политическом коммунизме.

___

В отечественных статьях о литературном персонаже по фамилии Poirote указано, что он любил лёгкую театральность завершающих сцен и часто сохранял всю остроту развязки на последний момент. Не знаю как в Германии, а в Польше Агата Кристи не пользуется исключительной популярностью. Тем не менее, статьи не врали. Сидевший за клавиатурой с другой стороны экрана „Poirote" завершил рассказ не без некоторой театральности.

Зимой 2019/2020 года возвращавшийся из дальней поездки „Poirote" заехал на место той самой тайной конференции. Оно оказалось недалеко от его международного маршрута. Целый день был посвящён пешему посещению места туристического городка по маршруту от автобусной остановки.

«Всё так же незаметен дальний пост, оказавшийся засыпанным листьями и ветками. Как 10 или 11 лет назад, от него на склон уходит едва заметная телеграфная линия. На дерево у того места, где отходила тропа к туристическому городку на высоту нескольких метров повесили необычный ориентировочный знак. Он сохранился. Нисколько не выглядит постаревшим мягкое полимерное раскрашенное чучело птицы, крепко привязанное перед конференцией на ветку и выдержавшее в прежней позе ветра, ливни и снега. Единственный немой свидетель призванный чьим-то находчивым умом и закреплённый руками какого-нибудь социалистического школьника».

Ныне немой полимерный свидетель тех дней остался на своей вечной вахте, охраняя память о лучших днях распавшегося позднее политического коммунизма.

Увидев чучело в той же самой что много лет назад позе, на той же самой ветке, „Poirote" несколько минут не мог решиться пойти дальше. Театральный пафос или реальный факт? У нас нет оснований давать тут свою оценку.

«Старая тропа теперь заросла, а новая сменила направление. К счастью, полупрозрачный зимний лес облегчил ориентирование по рельефу». Площадка, пусть не сразу, но нашлась. „Poirote" постоял в тихом зимнем лесу на месте своей палатки.

«Цела груда камней, где располагалась панель газовых горелок. Нашлась почти затянувшаяся яма, оставленная газовым баллоном. Провода сигнализации сняли после завершения конференции, но в выросших кустах, как и много лет назад, под снегом угадывался небольшой моток провода телеграфной линии».

На одном из камней „Poirote" нашёл нацарапанные кем-то слова на не употребляющемся в той местности немецком языке. Сложно поверить в то, что это мог быть кто-то другой, а не какой-нибудь участник той злополучной тайной конференции, оставивший тайный знак своей памяти. На камне было написано: „gib meine Jugend mir zurück!"33 - «Верни мою молодость мне назад».

____

На этом заканчиваются свидетельства „Poirote". Последняя их часть, разумеется, не может быть подтверждена из других источников. Мой товарищ предполагает, что „Poirote" мог что-нибудь «зашлифовать» в событиях десятилетней давности, но сам не может воспроизвести столь детальную картину Вальдбахского инцидента, которому он не был свидетелем. По всей вероятности, об описанном событии в наше время нельзя узнать точнее, если только камена34 Постверта лично не принесёт читателю своей воды35.

На всякий случай напомню, что технический комендант и научный комендант были безусловно добросовестными и деятельными участниками одной из организаций политического коммунизма, не имевшими никакой личной антипатии. Более того, они были выбраны из среды этой организации вполне заслуженно. Лучшей «теории» и лучшей «техники» в то время в том месте не было. Именно это делает Вальдбахский инцидент столь занимательным, а вырабатываемые по итогам размышлений выводы столь организационно значимыми. Перед нами не смешные и не грустные страницы из жизни политического коммунизма Европы, а одна из немногих картин, которая заставляет думать не о гематомах и обнажениях дермы, которые описаны в материалах внутреннего расследования, а о каких-то более значимых для борьбы за бесклассовое общество организационных и теоретических проблемах...

1Известный в Польше анекдот о том как в прессе было подавно сообщение о двух погибших при выполнении рискованных работ. Например: «Семнадцать человек из производственной бригады, попавшей под обрушение выжили» - Пер.

2 Лат: ничего нового. Это название реального правового документа польско-русско-литовского государства, подготовившего после 1505 года установление крепостного права. Такое упоминание можно считать авторской иронией над неизменностью поведения представителей политического коммунизма - Пер.

 

3 Сеймовская конституция - в средневековом польско-русско-литовском государстве важное постановление сейма, обычно правовое выражение баланса главных сил в государстве. В этом значении слово известно задолго до появления современного конституционного права после событий 1792 года - Пер.

4 Matej Kolmanič - представитель одного из осколков югославского политического коммунизма из Словении. «Припозднившейся личинкой титоистского функционера» он был назван изучавшим его публикации Ульрихом Штольцем (Ulrich Stolz) и лично встречавшимся с ним представителем Коммунистической Молодёжи Польши (KMP) Роляндом Яблоньским (Roland Jabłoński). Более 10 лет назад Колманич был анекдотически известен своей любовью к публичным выступлениям в пальто из качественной ткани (и зимой, и летом), провальными попытками объясняться на английском языке с не знающими его немцами, итальянцами, поляками и украинцами, а также, уже в то время, зависимостью от смартфона - Ред.

5 Элементы символики Немецкой Демократической Республики, отождествляющиеся польскими клерикальными идеологами с символами масонских и иллюминатских обществ - Пер. 

6В данном случае единственный иллюминат, другой немец был представителем Западной Германии - WP.

7 Предполагается такая организационная и идейна форма разложения политического коммунизма, которая не была известна ранее, которая в самом существенном исходит из особенностей политической и идейной ситуации в Европе после политического краха в странах народной демократии - WP.

8 Греч. Πίθος, пифос, в польском языке pitos, «питос» - крупный керамический сосуд, использовавшийся для длительного хранения, известный ещё в досолоновской Греции - Пер.

9 В оригинале здесь стоит менее швейковское, но и менее понятное выражение, соответствующее шутливому патетическому тону всего абзаца. Дословно здесь стоит выражение «ваза для ночных политических нужд», которое слишком тяжеловесно в переводе с польского - Пер.

10 В древнеримской религии камены - богини источников и рощ, сближаемые с греческими нимфами, а позднее с музами. Подробнее см. Camenae - Пер.

11 Камена Постверта в римской религии почиталась как способная видеть все события прошлого. Считалась присутствующей при родах, то есть при появлении новой жизни. Подробнее см. Postverta - Пер.

12 Греч. Ιπποκρήνη, дословно с греческого «конский (ιππο-) источник (κρήνη, ср. «крыніца»)». Согласно древнегреческим верованиям, источник давал вдохновение пьющим его воду. Считалось, что на месте, где он открылся, крылатый конь Пегас ударил копытом землю. Расположение источника связывают с горой Геликон (древнее название Ἑλικών, сейчас Ελικώνας) в Беотии (Βοιωτίας) - Пер.

13 С лат. пиршество. Очевидно, самовысмеивание на контрасте с известным произведением Платона - Пер.

14 Пусть читатель не трудится отыскивать названные здесь места; нам пришлось повторно изменить стоящие в оригинале названия, которые тоже не были подлинными - WP.

15 В такой характеристике не удалось уйти от анахронизма, но история следящих средств не относится к теме статьи. Обычный ячеечный телефон не был для политической полиции чем-то принципиально другим.

А как же доверие? - может спросить читатель. В делах вроде тайной конференции безусловно не заслуживает доверия любой человек со смартфоном независимо от его нравственных качеств. Отсутствие смартфона не решает все проблемы доверия, но переводит их в более здоровую сторону - WP.

16 Лат. «Прочь отсюда, чуждые таинствам».

Цитата из 6-й книги поэмы Энеида Вергилия (Publius Vergilius Maro, Aenēis)

Судя по отсутствию в оригинале ссылок, в польской литературе должен быть лучше известен контекст выделенных ниже слов, который явно продолжает авторскую мысль. Цитируемые строки входят в призывание богини Гекаты. Согласно Википедии: Гека́та (др.-греч. Ἑκάτη) - древнегреческая богиня лунного света, покровительница ночи, всего таинственного.

...

Вдруг, едва небо­свод оза­рил­ся луча­ми вос­хо­да,

Вздрог­нув, на скло­нах леса́ зака­ча­лись, зем­ля загуде­ла,

Псов завы­ва­нье из тьмы донес­лось, при­бли­же­нье боги­ни

Им воз­ве­щая. И тут вос­клик­ну­ла жри­ца: «Сту­пай­те,

Чуж­дые таин­ствам, прочь! Немед­ля рощу покинь­те!

 

ec­ce autem pri­mi sub li­mi­na so­lis et or­tus

sub pe­di­bus mu­gi­re so­lum et iuga coep­ta mo­ve­ri

sil­va­rum, vi­sae­que ca­nes ulu­la­re per umbram

ad­ven­tan­te dea. «pro­cul o, pro­cul es­te, pro­fa­ni»,

concla­mat va­tes, «to­to­que ab­sis­ti­te lu­co;

 

В путь отправ­ляй­ся, Эней, и выхва­ти меч свой из ножен:

Вот теперь-то нуж­на и отва­га, и твер­дое серд­це!»

...

tu­que in­va­de viam va­gi­na­que eri­pe fer­rum:

nunc ani­mis opus, Aenea, nunc pec­to­re fir­mo».

...

http://ancientrome.ru/antlitr/t.htm?a=1375300006 - Пер.

17См. прим. 15.

18 В оригинале feldgrau - заимствованное из немецкого языка название специфического цвета, использовавшегося в военной форме для меньшей заметности на фоне почв и растительности - Пер.

19  Речь идёт о знаменитом летнем досугово-оздоровительном учреждении организации Молодых Пионеров имени Эрнста Тельмана - Ред.

20 Детская телевизионная серийная программа в Германии, отличающаяся большим количеством персонажей и хаотическим сюжетом. Была адаптирована для немецкой аудитории на основе созданной ранее аналогичной программы в США- Пер.

21 На польском языке это выглядит как калька известной украинской поговорки "Маємо те що маємо" - Пер.

22  В древнегреческой религии хтонические существа были уродливыми жителями первичного мира, обычно обладавшими большой силой, но неспособными её продуктивно применять - Пер.

23  Пословица белорусских социалистических партизан, боровшихся против польской буржуазии в период Версальской системы - Пер.

24 Польское многозначительно слово, имеющее множество значений от коллективизма, соборности и публичности до вежливости и приемлемости- Пер.

25Гласное низвержение высших должностных лиц. Термин происходит из правовой системы польско-русско-литовского государства, где шляхетские группировки могли объявлять войну королю - Пер.

26 Античный архитектор Гипподамос из Милета предложил выражающий демократическую тенденцию план из однородных небольших по размеру прямоугольных кварталов с вынесением за общую границу театров, стадионов, храмов и других общественных мест - Пер.

27 Рассказ „Poirote" содержит упоминание появившегося позднее конференции грязного слуха о том, что со стороны другого склона якобы был замаскирован на стоянке в кустах какой-то «хиппи-микроавтобус», способный принять на борт менее четверти собравшихся. Если слух обоснован, то неизбежно существование скрывавших спасительное знание «избранных», которые смогут быстро уехать и предоставленных себе (или политической полиции?) остальных. Весьма странная идея для сторонников коллективизма, но не сильно далеко отстоящая от индивидуального хаоса ложной эвакуации - WP.

28 В Испании 1990-х годов основой обвинения были пофамильные списки дежурств на подобно же конференции. Судя по всему, испанский опыт был быстро ассимилирован в Германии, где список дежурств приобрёл вид последовательности номеров размещаемых на палатках номерных жетонов - WP.

29 Упоминание, которое может быть расценено как реклама убрано из свидетельства „Poirote" - WP.

30 Перефразировка четверостишия из XXVII главы поэмы «Германия. Зимняя сказка», написанной Г. Гейне на немецком языке. Здесь приводится в переводе. Переводимый очерк содержит изменённый польский перевод соответствующего четверостишия - Пер.

31 В оригинале менее почтительное выражение, дословно «книголожество»- Пер

32  В оригинале дословно «книголожца»- Пер.

33  Johann Wolfgang von Goethe, Faust. Vorspiel.

34  См. примечания 10 и 11.

35 Умные люди говорят, что камены были убиты ветряной мельницей и обращены в пепел паровым двигателем - WP.

теория политика