Крым 16 марта. Референдум, бряцание оружием и новый раунд геополитических торгов

2014-03-17  Геннадий Двойной Версия для печати

Итак, референдум в Крыму состоялся. События развивались вполне прогнозируемо. По большому счету, обошлось без провокаций. По данным экзит-пола, 93% жителей Крыма проголосовали за присоединение к России. После обработки 75% бюллетеней озвучены данные, что за присоединение Крыма к России в качестве субъекта Федерации проголосовали 95,7%. Окончательные данные, которые озвучат к утру, вряд ли будут сильно отличаться. Уже поступили заявления как о фальсификации референдума, так и о том, что голосование прошло без нарушений, о признании и непризнании его законным. Власти Крыма готовят официальную заявку на вступление в состав Российской Федерации, в 10:00 соберется Верховная Рада АРК для принятия соответствующих решений, а в Москву будет направлена официальная делегация. При всей театральности происходившего и оставив за скобками предпосылки и последствия такого решения, мы не можем не отметить, что для рядового жителя Крыма референдум оказался фактически праздником. Этому способствовала как политика независимой Украины в целом, так и, в особенности, события последних месяцев, расшатавшие и без того  давно наметившуюся трещину. Так что лозунги про «возвращение домой» прозвучали для крымчан не пустым звуком. Из общей картины традиционно выпал только Меджлис, четко проводивший линию нынешней «майданной» власти.

Вопрос о том, является ли референдум легитимным, конституционным или нет, может казаться серьезным и определяющим только наивным людям, поскольку не в этой плоскости реально принимаются решения. Если закон не выгоден более сильной стороне – его игнорируют. Это показывает вся  история существования законов. А главное оправдание подобных событий сейчас сидит в здании парламента и называется Верховной Радой Украины, во главе которой сидит спикер (он же – и.о. президента). И нет здесь ничего необычного, потому что право  - это не просто «воля правящего класса, возведенная в закон», но и воля господствующей группировки правящего класса. Апелляция к закону и к международному праву как с одной, так и с другой стороны – не более чем риторические штампы, которые можно, тем не менее, активно использовать в  политтехнологических целях. Неудивительно, что именно вокруг вопросов законности референдума крутятся сейчас заявления политиков-представителей США, ЕС и РФ. Об этом постоянно говорят  и СМИ, выполняющие заказ по нагнетанию массовой истерии. Мы же постараемся обратить внимание на то, что действительно может повлиять на дальнейшее развитие событий.

Очевидно, что украинских олигархов, с которыми долго были вынуждены считаться и с которыми несколько месяцев активно договаривались, о судьбе Украины уже никто не спрашивает, и спрашивать в ближайшее время не собирается. Они теперь не могут вообще ставить никаких условий даже как "младший партнер", несмотря на то, что под их непосредственным «ручным» контролем находятся, к примеру, Днепропетровская и Донецкая области. Им остается только держать нос по ветру: сейчас, когда крупные игроки включились фактически напрямую, для них речь идет скорее о минимизации потерь, чем о перспективах. Политиков, на которых могли бы реально поставить США или РФ, и которые были бы способны хоть как-то повлиять на ситуацию в Украине, тоже нет. «Фейсбучного» министра внутренних дел Авакова нынче не пнет разве что ленивый, Турчинов ограничивается скупыми заявлениями, а секретарь РНБО Парубий изрядно посмешил общественность заявлением о том, что удалось предотвратить масштабную военную операцию РФ, в ходе которой должна была быть насильно присоединена Украина. Более-менее пытался сохранять хорошую мину при катастрофической игре Яценюк на заседании правительства: тут он успел многое пообещать, о многом поговорить, но кроме инфоповодов для СМИ это ни к чему, похоже, привести уже не может. Так что если и возможно какое-то «политическое решение конфликта», то украинские политические клоуны сгодятся разве что на роль ширмы, за которой творится настоящая политика. Политические дивиденды на этом точно заработает «Правый сектор». Ярош осваивает популистскую нишу очень умело, и уже успел выступить с обращением, в котором призвал создавать партизанские и диверсионные отряды и пригрозил взорвать газопровод. Целевая аудитория эти обращения, скорее всего, заценила, плюсик в воображаемую карму Ярош получил, но какие реальные последствия действий «Правого сектора» будут иметь место – неясно. Как минимум, силовой блок шаткой Украины раскалывается по линии «Армия и силы МВД – самооборона и национальная гвардия – Правый сектор». Последний, правда, чаще был замечен в качестве ударной силы в переделах собственности – от мелких ларьков на жд вокзале до более лакомых кусочков.

В случае же отсоединения Крыма (а этот вариант – фактически решенный) он получит поддержку как поборник единой Украины удовлетворит запрос раскачанной до истерики публики на «решительные действия» (которые в условиях такой «странной войны» будут заключаться в как можно более громких лозунгах). Нехитрый лозунг «москаляку на гілляку» станет вполне нормальным для той части евромайдан-обывателей, которая до этого времени колебалась в этом вопросе (для части русскоязычных киевских сторонников майдана – точно). Но это, если можно так выразиться, детали инструментария, с помощью которого американский капитал может защищать свои «национальные интересы». К слову сказать, подобный инструментарий не раз применялся США и показал свою эффективность в разных странах мира. Но с точки зрения политики США – это уже детали.

Вопрос Украины пока решается в переговорах между властями США и РФ. Позиция ЕС в этом отношении, по большому счету, тоже не влияет на ситуацию: именно поэтому мы не слышим от Европы ничего, кроме несмелых заявлений о «нелегитимности». Да и в самом ЕС нет, и не может быть однозначной политики по отношению к России в данный момент. Слишком уж переплетены интересы европейских и российских, а также европейских и американских ТНК и финансовых организаций. В этом смысле «обоюдострый» характер санкций, которые теоретически могут быть применены против России – отнюдь не вымысел. Поэтому вопрос о том, стоит ли портить отношения - очень важен, а это значит, что политика будет довольно сдержанной и хвостистской.

Обама и Путин пока не могут договариваться об условиях, на которых они будут делить Украину.  В этом отношении примечательно заявление старшего советника Барака Обамы Дэна Пфайффера в эфире NBC о том, что «США осуществляют столько давления на русских, сколько могут, для того, чтобы добиться правильных вещей». Обыватель, конечно же, посмеялся – «если бы США давили изо всех сил, от России ничего бы не осталось». Но Пфайффер, скорее всего, действительно говорит это в прямом смысле. На нынешнем этапе США ничего противопоставить пока что не могут.  Говоря о санкциях, советник Обамы, например, не ответил на прямой вопрос, наметил ли президент США «красную линию» в Восточной Украине - за пределами Крыма - как линию, которую российские войска не должны перейти. Пфайффер также ушел от ответа на вопрос о военной помощи США властям Украины и в то же время подчеркнул, что «мы рассматриваем все способы помощи». Другие влиятельные американские политики не раз заявляли, что Украина нуждается в военной помощи США и НАТО – об этом ранее говорили Керри и Маккейн. Военная «помощь» Украине явно не исключается. Она будет означать начало войны на территории и за территорию Украины между крупными империалистическими странами.

Путин тоже не зря позвякивает оружием, активно перебрасывая войска к границе, стягивая на Крымский полуостров не только солдат, но и тяжелую бронетехнику, артиллерию и ракетно-зенитные комплексы, недвусмысленно демонстрируя таким образом свои амбиции.

Однако, стоит ли овчинка выделки? Или, другими словами, насколько важна Украина, если рассматривать тенденции дальнейшего передела мира между крупными империалистическими государствами, который по факту уже происходит? Начнется или нет настоящая полномасштабная война в Украине зависит от этого, а также от того, смогут ли стороны договориться и пойти на уступки в расчете взять свое потом, при более благоприятных условиях.

Позволим высказать ряд соображений и предположений на этот счет. Украина - очень важный фактор в геополитических раскладах между слабеющими, но очень сильными Штатами и набирающими силы, хотя и не имеющими пока реального большого политического и экономического влияния в мире странами БРИКС.  По мнению некоторых аналитиков, которые экстраполируют имеющиеся тенденции, к 2050 году суммарно экономики стран БРИКС  по размеру превысят суммарный размер экономик Большой восьмёрки. Здесь мы не будем касаться вопроса, насколько, адекватен такой метод и насколько эффективен такой прогноз. Важно другое, а именно то, что отмеченная мощная тенденция стремительного роста новых империалистических государств означает, что они должны сообразно своему положению претендовать на приобретение все большего политического и экономического влияния (для начала хотя бы в своих регионах).  А это - абсолютно невозможно без ослабления экспансии США. В ослаблении влияния США в случае соответствующего исхода противостояния США и России по поводу Украины заинтересована не только РФ.  Все стороны противостояния прекрасно понимают, что Украина означает не только усиление или ослабление позиций основных "игроков" в Восточной Европе, но и является важнейшим  фактором в дальнейшем разворачивании передела. Поэтому Украину никто просто так не отдаст. Но это не значит, что на этот раз США и Россия не смогут договориться для того, чтобы поберечь силы и накопить ресурсы на будущее. Политические возможности в этом отношении далеко не исчерпаны. Не исключена возможность того, что правительство США ничего не станет реально предпринимать, как в случае с Грузией и Абхазией, а Россия, в свою очередь, не будут наглеть и не возьмет больше, чем ей полагается сообразно ее силе. Это будет означать, что настоящая война с большим количеством человеческих жертв пока откладывается.

Вероятны также и «половинчатые варианты», когда по образцу и технологии Крыма России отойдут еще и юго-восточные области Украины, и ситуация на какое-то время законсервируется. Западная Украина в этом случае будет играть роль буферной зоны, переходящей то в одну сферу влияния, то в другую (и это может служить аргументом в пользу того, что России не нужна Украина целиком). Впрочем, полностью исключать применение военных средств в ближайшее время тоже нельзя. «Как ясно дали понять Соединенные Штаты и наши союзники, России придется дорого заплатить за военную интервенцию и нарушения международного права, не только потому, что Соединенные Штаты и их союзники введут меры в ее отношении, но и в результате собственных дестабилизирующих действий. В этом веке мы давно оставили в прошлом времена, когда международное сообщество будет стоять молча в стороне, пока одна страна насильно захватывает территорию другой», - Д. Карни.  Обе стороны в любом случае попытаются минимизировать потери, так как к такому разворачиванию событий, - к ведению полномасштабной войны, - никто из них, скорее всего, пока не готов (даже если такой вариант и рассматривается). Тем более, что эта война, скорее всего, не может ограничиться только Украиной. С другой стороны, еще совсем недавно военный вариант даже не рассматривался, и тем более не входил в ближайшие планы. Наоборот, речь шла о том, чтобы держать Украину руками местных олигархов, а для этого можно обойтись выборами и "дружбой" с вновь избранной властью. Поэтому последние и имели какое-то право голоса. Россия же скорее всего вообще не рассчитывала, что удастся урвать такой большой куш настолько просто. Но и отдавать его в таких благоприятных условиях она тоже не собирается. Крым ей нужен не сам по себе, а, как минимум, для усиления влияния в регионе. На данный момент стороны действуют ситуативно, и пока демонстрируют свою мощь друг другу, скорее, в качестве аргументов в переговорах по поводу передела Украины. Они то знают, что это - далеко не последний передел (и не только Украины), и на данном этапе важно укрепить свои позиции с расчетом на более выгодное положение в будущих раскладах.

Каким образом будут развиваться события дальше – станет ясно в самое ближайшее время.

политика общество