Вернуться на главную страницу
Дядя Вова или волки в овечьих шкурах
Вот уже 10 лет минуло, как я закончил школу.
Так случилось, что я остался без родителей. И зимой 1997 года исполкомом Калининского р-на г.Донецка был направлен в школу-интернат для детей-сирот для дальнейшего обучения. Там я впервые познал нищету и дикость. Дети ходили в каких-то обносках, и то, что они носили на ногах, было трудно назвать обувью. Но самое страшное, что там происходили вещи, о которых очень тяжело и больно говорить, потому что пережить их даже врагу не пожелаешь.
Речь пойдет о том, как насаждается вероисповедание и отправляется служба в детских учреждениях: школах-интернатах и детдомах. После постигшего меня горя прошло четыре года, и я уже начал разбираться, кто есть ху. Весной, в мае 2001 года, я шел по коридору в направлении столовой, и вдруг мимо меня промчался ученик 5 класса, крича во всё горло: «Дядя Вова приехал! Дядя Вова приехал!» Сначала я не обратил на это никакого внимания, потому что и раньше слышал об этом дяде и даже видел его, когда он привозил подарки на Рождество и каждый месяц - именинникам. Но после столовой меня все-таки охватил интерес: что же в этот раз он привез, потому что, как и все дети, я любил конфеты и всякие вкусности. Выйдя на крыльцо школы, я увидел кучу ребятишек (в основном, это были девочки) возле «Жигулей» дяди Вовы. Сияли радостные детские лица, звенели слова благодарности и смех, а дядя Вова рассказывал им об Иисусе. Сам он был из г. Славянска и служил пастором в церкви Евангелия, но, как точно называют эту церковь, я, увы, не знаю... Дядя Вова имел семью: жену, сына и четверо удочеренных девочек. Одну из его приемных дочерей я знаю, но к ней вернемся позже. Все девочки были взяты пастором из интернатов.
Дядя Вова показался мне обычным верующим человеком, не более того. В каждый свой приезд он обычно встречался с администрацией интерната. Оставлял свои вещи в кабинете методички и затем подготавливал список учеников, у которых в ближайшее время намечался День рождения. В этот его приезд все происходило так, как и всегда. Я стоял возле кабинета, где сидел дядя Вова, и ожидал, что он мне что-нибудь даст. И вдруг услышал, как он сказал одной из девочек: «Наташа, ну, где же девочки: Оля, Вика, Таня, Марина - они мне будут помогать или нет?» Конечно, на первый взгляд, ничего в таких словах удивительного нет, но все же что-то удивительное в таком подходе было.
Время прошло, всё, что я случайно слышал, забылось.
Но вот именно теперь я хочу вернуться к одной из его приемных дочерей. Ее звали Катя Щедурская, на тот момент ей было 15 лет, что немаловажно. По необъяснимым обстоятельствам фамилия у неё осталась та же, что и была до удочерения, хотя должна была измениться на фамилию родителей, которые ее удочерили. По слухам я узнал, что ее должны удочерить и не кто-нибудь, а дядя Вова. Но, не доверяя слухам, я спросил об этом у Кати сам. Однако она ничего толком не сказала, а лишь покраснела и опустила глаза. И я понял, что за всем этим кроется какая-то загадка.
Прошел месяц, и к нам снова, как обычно, приехал дядя Вова. В это время мы все были в спортзале и играли в баскетбол. И вдруг мяч после очередного броска попадает не в кольцо, а в дядю Вову, который в тот момент как раз заходил в зал. Он подозвал Катю и стал о чем-то с ней говорить. Общение с девочкой-подростком не грех, но когда оно сопровождается объятиями и зажиманиями - это уже нечто совершенно иное. Такое общение между Катей и дядей Вовой продолжалось несколько минут, а потом он достал разноцветную молодежную шапку и протянул Кате. Она ее взяла, но даже не примеряла. А дядя Вова, ехидно улыбаясь, гладил ее по голове и говорил, чтоб она примеряла, и, если ей не понравится, он привезет другую. Обычно так разговаривают с проститутками, когда просят их принять подарок, но отнюдь не с детьми, будь они родными или приемными.
Пряча взгляд и горя от стыда, Катя с дядей Вовой в обнимку вышла из спортзала. После этого случая события начали развиваться быстро, что я и заметить не успел, как Катя исчезла из нашего интерната. Через время мы узнали, что Катя уже учится в г. Славянске в одном из лицеев. Когда тем же летом я отдыхал в детском оздоровительном лагере, я ещё раз виделся с ней. Она приезжала туда, чтобы проведать старых друзей, подруг и воспитателей. Но была она не одна, а со своим, так называемым папой - дядей Вовой. За полгода Катя очень изменилась. Располнела очень. Но не это главное. Не было в ней какой-то чисто девичьей скромности, и вела она себя нагловато, одета была вульгарно, до неприличия открыто. Да и говорить с ней было не о чем - сложилось впечатление, что Кати нет, а есть просто напросто заведенная кукла. Я мысленно задавал себе вопрос: неужели в семье верующих возможен разврат? И тут же отвечал сам себе: да он там есть - это факт.
А ещё через год мне рассказали, что Катя поехала учиться в Москву. И наперебой расхваливали, как дорого она одета, какие шикарные сигареты курит, какой у неё классный мобильный, как она направо и налево швыряется деньгами... И мне подумалось: а может она в Москву не учиться поехала, а осваивать ту «науку», которая к науке никакого отношения не имеет?
Но это отнюдь не конец моего рассказа. Как вы помните, в начале своего повествования я говорил, что у дяди Вовы была машина «Жигули». В очередной раз он приехал к нам уже на «Волге» - ГАЗ-29. Как любому парню, мне было интересно: почему и как у дяди Вовы так быстро сменяются машины? Вечером мы с другом решили вытащить у него из машины магнитолу. План был прост: я разбиваю стекло, он влазит в машину и забирает магнитолу. Так мы и сделали. Но друг почему-то долго провозился и вылез из машины без магнитолы. Тогда мы с другом поменялись ролями. В машину залез я. Поскольку подручных средств не было, чтобы достать магнитолу, пришлось ломать «бардачок» и искать там отвертку или что-то другое, чем можно было ее заменить. Но в «бардачке» оказался темный пакет. Я его открыл - там была кипа фотографий с детским порно?! Девочки и мальчики в купальниках и без них, взрослые девушки в откровенных позах, пачка презервативов. Когда я вылез из машины, друг стал меня спрашивать: почему я так долго возился? На что я ответил, что дядя Вова совершенно не тот, за кого себя выдает, что он обыкновенный извращенец. Но само по себе наличие порнографических картинок в «бардачке» ничего не доказывает. И я, как говорится, решил пойти в логово льва. И пошел на его проповедь. Правда, честно скажу то, о чем он говорил, было мне не понятно. Но то, как он смотрел на девочек и дотрагивался до них, ещё раз доказывало, что он лишь прикрывается Библией, чтобы привлекать к себе внимание глупых детей и заманивать их к себе в лапы различными удовольствиями, которых эти дети-сироты не видят годами.
В этой церкви все семьи, в том числе и семья дяди Вовы, брали к себе на праздники девочек-сирот 15-16 лет...
Где же найти справедливость? Иисус ведь учил не этому! А все эти «дяди Вовы» поступают как законченные развратники и извращенцы!
P.S. Что ещё известно о «дяде Вове»? В 1990-х годах (т.е. ещё в то десятилетие, о котором идет речь) он отсидел срок, хотя и небольшой, за мошенничество. Кстати, именно во второй половине 90-х, когда принимались чрезвычайные меры по борьбе с организованной преступностью, некоторые представители подобных группировок нашли способ уцелеть и остаться «на плаву»: они начали примыкать к христианским сектам протестантского направления, чтобы прикрывать свою преступную деятельность «служением Христу». При этом центр деятельности переместился с рэкета на всевозможные аферы с гуманитарной помощью и др. Эксплуатация детей, в том числе сексуальная и порнографическая, тоже, как мы видим, оказались в сфере их интересов.
«Дядя Вова» отбирал в сиротском доме девочек-подростков с начинающими формироваться «прелестями», и, разумеется, с согласия администрации интерната забирал их «пожить» к себе домой или - к своим «братьям во Христе». При этом мальчики его не интересовали - за исключением двух подростков, замеченных в гомосексуальной связи.
Одна из живших у «дяди Вовы» девочек по имени Вера рассказала следующее. «Дядя Вова» заставлял проживавший у него «девичник» подниматься рано, постоянно смотреть видеозаписи проповедей. Однажды он с несколькими девочками, проживавшими у него дольше других, куда-то уехал... Они вернулись лишь в двенадцатом часу ночи. Девочки приехали навеселе, раскрасневшиеся, привезли с собой «подарки» в виде косметики, гигиенических прокладок, так же были у них и деньги.
«Дядя Вова» со словами: «А ты, Вера, почему такая грустная?» Подсел к Вере и положил ей руку на плечо. Та попросила его руку убрать. Однако «дядя Вова» руку не убрал, а начал внушать: «Почему у тебя такое к этому отношение? Может быть, я просто, по отечески, хочу обнять тебя, как если бы ты была моя дочь?» При этом продолжал как бы ощупывать девочку, проверяя, достаточно ли у неё уже сформировалось «там, где надо».
Вера немедленно убежала от «дяди Вовы», вернулась в интернат и рассказала о происшедшем администрации. Уже на следующий день визит к администрации интерната нанес и «дядя Вова». Сразу же после этого Веру вызвала завуч и начала кричать на неё:
- Как ты могла оклеветать такого хорошего человека, который оказывает нам столько помощи!?
Завуч пыталась внушить Вере, что, мол, это у неё сейчас «такой возраст, во время которого появляются всякие глупые фантазии». Тогда Вера пригрозила, что обратится в милицию, после чего ее оставили в покое.
Про девочку-подростка Катю рассказ приведен выше.
Ещё одна девочка Настя, которую «дядя Вова» «пристроил» к кому-то из своих «братьев во Христе», рассказывала, что эти «добрые люди» заставляли её торговать бижутерией на рынке. Но при этом изменилась она так, что у её друга возникло подозрение: не занималась ли она там и кое-чем другим.
