Вернуться на главную страницу
De politica (О политике). Часть IX. От Львова до Челябинска.
Меня оклеветали пред русскою молодёжью. Я всегда сочувствовал каждому движению её. Мне показывали эти прокламации. На них смотрят с недоумением, потому что всех пугает форма, но все однако уверены в их могуществе, хотя бы и не сознавая того. Все давно падают и все давно знают, что не за что ухватиться. Я уже потому убеждён в успехе этой таинственной пропаганды, что Россия есть теперь по преимуществу то место в целом мире, где всё что угодно может произойти без малейшего отпору. >>
Вслед за пенсионной реформой правительство взялось продвигать ещё одну «непопулярную реформу», урезающую социальные гарантии трудящимся, - реформу медицинскую. Она вызывает недовольство и широкой общественности, и конкретно профсоюзов, да и в самóм врачебном сообществе ею недовольны тоже. >>
Что требуется от революционера?
Как оказалась, неоднократно поднимаемая мною тема по поводу подлинной революционности в комментариях к ряду статей нашла свое неожиданное продолжение в работе польских товарищей «De politica (О политике). Часть VIII. По вопросу революционности» [1]. И объектом их рассмотрения и критики стали в основном мои тезисы, поэтому хотел бы продолжить полемику. >>
Путешественники вышли из города
Мы с братом не виделись полгода. А за последние два года это вторая моя поездка на "малую родину", к родителям; хотелось бы чаще, да не выходит. Костя младше меня на десять лет. С сестрами я не так близок, но брат - другое дело. Он во всем хочет быть лучше меня. В музыкальной школе учится прилежнее, в лицее тоже на "отлично"; дипломов и грамот у него столько, что на них можно повесть напечатать. Разве что футбол я лучше играю. >>
Критика «Тезисов о плановости»
Читатель может помнить, что мне не первый раз приходится критиковать различные мыслительные продукты восточных товарищей. На этот раз мишенью будет небольшое произведение представителя той небольшой страны, «дзе боры густыя над Нёмнам шумяць». >>
Новый виток санкций - контрсанкций знаменует собой начало новой фазы втягивания планеты в пучину финансово-экономического и военно-политического кризиса. Правда, ответные меры, предпринятые Россией, пока представляют собой всего лишь отповедь на действия ещё обамовской администрации, а вовсе не на куда более серьёзные экономические ограничения, намедни принятые Конгрессом США. В связи с этим либералы заговорили о том, что России и ответить-то нечем - по причине убогого состояния её экономики, несопоставимой с экономической мощью и мировым влиянием Соединённых Штатов. Но это, думается, не совсем так. >>
Тезисы к вопросу о нациях в мировой революции
Позиция М. Предеиной, вновь поднимающей вопрос о преодолении пролетариатом национальной ограниченности в полемике с нашими товарищами по ту сторону Буга, является чрезвычайно важным напоминанием о необходимости решения такой задачи, но, увы, в современных условиях оно носит скорее дидактический, нежели теоретико-практический характер и потому неизбежно страдает схематизмом. Очень тяжело примерять на себя роль оппонента, с неизбежностью обрекающую меня на обвинения в национализме. Будем считать это необходимым перегибом "в другую сторону". >>
Помочь разобраться в том, какова же сущность человека, его мышления, может как раз Гегель. Но только в том случае, если на нем не останавливаться. Гегель завершил объяснение философами мира, теперь нужно этот мир, в котором сущность и существование не совпадают, менять. И здесь начинается самое интересное с чувствами, которым не всегда нужно доверять, так же как и с разумом, которому приходится менять чувства, поскольку так или иначе он подчиняется именно им. >>
Осознание того, что летняя философская школа уже закончилась и нечто похожее будет не так уже и скоро, приходит только первой ночью дома, перед сном. В то время, когда мысли в голове устаканиваются, пытаешься еще раз вспомнить множество событий этих дней, вычленить самые главные идеи, озвучиваемые отдыхающими от городской суеты участниками. >>
Мировая революция и национальный вопрос. К вопросу о методе.
Это - логика мировой революции; она, революция, не ограничивает себя, и этой не-ограниченностью переигрывает мировой рынок. Соединенные Штаты Европы против Японии и Америки, Соединенные Штаты Европы хотят ограничить свою область и никого туда не пускать. Революция против капиталистического мира, она не ограничивает себя, даже если победила в отдельной стране, она приходит ко всем и пускает к себе всех (всех - в смысле, пролетариев). Эта революция постольку, поскольку она противостоит миру капиталистов, есть революция мировая. >>
