Вернуться на главную страницу
О некоторых тенденциях в методологии экономических исследований
Вы удивляетесь, почему политическая экономия в Англии находится в таком жалком состоянии. Но то же самое мы видим теперь повсюду. Даже классическая политическая экономия, более того, даже самые вульгарные разносчики свободной торговли встречают презрение со стороны еще более вульгарных «высших» существ, занимающих ныне университетские кафедры политической экономии. И в этом виноват в значительной степени наш автор (К.Маркс - П.П.), который открыл людям глаза на опасные выводы классической политической экономии; вот они и находят теперь, что, по крайней мере в этой области, всего безопаснее не иметь совсем никакой науки.[1]
Ф.Энгельс, 1888 г.
Нет необходимости специально доказывать тезис о наличии кризиса в отечественной науке. Это является очевидным и приведение дополнительных примеров едва ли может быть продуктивным. Главным является вопрос, почему падает роль науки в России? По всей видимости, сведение причин этого явления к субъективному фактору при всей его важности не сможет в полном объеме выявить причины этого явления. Если экономическая наука претендует на научность она должна выявлять и исследовать объективные, то есть независящие от воли и сознания людей, причины. Главной причиной является, по нашему мнению, социально-экономическая трансформация в стране, переход от социалистических к капиталистическим отношениям. Почему именно эта причина является главной? Она является главной, поскольку развитие производительных сил в значительной степени обусловлено общественной формой производства. Как известно, чем выше уровень последней, тем больший простор создаётся для развития производительных сил. Поскольку социализм выступал более высокой ступенью общественного развития по сравнению с капитализмом, условий для развития производительных сил было больше.
Кроме того, как более высокая ступень общественного развития социализм предполагал достижение более высокой производительности общественного труда по сравнению с капитализмом. А этого можно было достигнуть только на базе создания, адекватной форме общественного развития, материально-технической базы, воплощающей передовые достижения научно-технического прогресса. Это обстоятельство предопределило объективную потребность в широком развитии науки в СССР, которая превращалась в непосредственную производительную силу общества.
Ситуация существенным образом изменилась в условиях трансформационного перехода к более низкой капиталистической форме общественного производства. Производственные отношения капитализма, утверждающиеся в России, оказались не соответствующими уровню развития производительных сил, которые достались ему по наследству от социализма. Социалистический костюм оказался слишком велик для российского капитализма. Срочно потребовалась его подгонка. Масштабы зауживания в области науки характеризовались следующими цифрами.
Динамика численности научных работников в РСФСР - РФ в ХХ - нач. ХХI ст. (тыс.чел)[2] :
1913* 1940 1985 1999 2008
Общая численность научных работников:
11,6 62,0 1019 872,4 761,3
* Данные по Российской империи
По данным Центра исследований и статистики науки трансформация 90-х гг. обошлась кадровому потенциалу науки РФ в 61,8 %.[3]
Поскольку масштабы и уровень научных исследований в СССР был подчинен цели создания материально-технической базы социализма, то вполне закономерно, что при переходе к капитализму масштабы научных исследований детерминированы основным законом капиталистического производства. В условиях господства частнособственнических интересов и на фоне сокращения экономической функции государства, научные исследования, не способствующие увеличению доли прибыли, оказались за пределами интересов правящего класса. Это отразилось и на общественных науках, в особенности на политической экономии, выступающей фундаментом экономической науки.
Традиционно освещая место политической экономии в системе экономических наук, указывалось на то, что она выступает методологической базой, основой, фундаментом для всех прикладных экономических наук. Это обстоятельство предопределило объем часов, выделяемых для чтения данного курса при подготовке специалиста в области экономики. Как же обстоит дело с фундаментом экономической науки, в частности, с её методологической функцией? Актуальность постановки данного вопроса предопределены появившейся в научной литературе резкой критикой существующей в экономических исследованиях методологической культуры, представленной в настоящее время. Так, в экономическом вестнике известного университета указывается: "недостаток, а порой и полное отсутствие понимания методологических основ экономико-теоретических исследований, во многом обесценивает последние, фактически превращая их либо в набор схоластических беспредметных рассуждений и спекуляций, либо в лучшем случае представляет собой исследование прикладной экономической тематики, именуемое при этом, однако, по какой-то причине «теоретическим исследованием»?!".[4] Таким образом, выявление уровня методологической функции экономической науки с точки зрения грамотности её реализации в исследованиях представляет важный и вполне назревший вопрос. Для ответа на него необходимо обратиться к научным исследованиям в области экономики, в которых собственно и должна реализовываться данная функция. Какие в период трансформационных потрясений традиции сохранились в области использования методов в экономических исследованиях и какие появились нововведения?
Одной из тенденций, представленной в научных исследованиях (диссертациях, монографиях) последнего времени, является широкое распространение метафизических по своей сути приемов фиксации множества различных определений какого-либо явления на фоне почти полного отсутствия критического подхода к явлению.
Но ведь именно разбор, обсуждение чего-либо с целью дать оценку, выявить недостатки собственно и является методом научного исследования.[5] Познание и раскрытие недостатков, различий, противоположностей, противоречий, позволяет определять слабые звенья теоретических построений, ставить и решать задачи по нахождению форм их разрешения, устранения, снятия. Являясь важнейшей движущей силой общества, критика особенно важна для развития науки. Ни одна наука не может развиваться без борьбы мнений, без свободы критики. Так существовавшее в пределах меркантилизма противоречие между предметом и методом, между необходимостью объяснить рост богатства в товарной и денежной формах эмпирическими описательными методами, было разрешено в ходе критики данного учения, которая позволила перейти к созданию научной теории. Также неслучайно центральный труд Маркса «Капитал» имел подзаголовок «к критике политической экономии». Тем самым подчёркивалось в каком методологическом ключе будет выстроена вся работа, всё её содержание.
Критический подход в исследованиях стал традиционным в советской экономической науке. Значительные научные силы работали в области критики западных экономических теорий, оценивая их достоинства и недостатки, а лучшие учебные пособия и учебники по политической экономии включали в свою структуру вопросы критики современных экономических учений, которые в настоящее время преподносятся в качестве абсолютной истины, истины в последней инстанции в лице микро~ и макроэкономики. В настоящее время критический метод исследований традиционный для советской экономической науки, по большей части, исчез из современных экономических исследований.
В этой связи, вполне уместно будет вспомнить и разработанный на кафедре политической экономии МГУ под руководством Н. А. Цаголова 2-х тт. курс политической экономии, в котором критический разбор западных теорий был представлен практически в каждой теме и был элементом научной культуры авторского коллектива. И если Николай Александрович, в основные направления научных исследований которого входили политэкономия капитализма, социализма, история экономических учений, история русской экономической мысли, вопросы методологии (предмет и метод, объективный характер экономических законов, вопросы системы политической экономии), критика буржуазных экономических теорий, говорил о «проскальзывающем иногда нигилистическом отношении к методологическим проблемам»[6], основанное на материалистическом положении: критерием истины является практика, то сегодня нигилистическое отношение к критическому методу познания в частности и методологии, в общем, превратилось в новацию, широко представленную в российских экономических исследованиях.[7]
Вместе с тем методологический нигилизм не менее широко распространен и на Западе. «Печальным следствием этой распространенной «методофобии» стали посредственные экономические навыки большинства экономистов», указывает М.Блауг имея в виду ситуацию, сложившуюся в западных экономических кругах. Проблемы в области методологии научных исследований наряду с другими в совокупности приводят к нарастанию негативных оценок со стороны прогрессивных учёных о качестве научных исследований и экономического образования в целом. Так, нобелевский лауреат М. Алле критически оценивая гиперболизированное использование математики в экономической теории называет это явление «математическим шарлатанством», французские студенты пишут письмо с требованием запрета преподавания микро и макроэкрономики, а французский физик Ж.-Ф. Бушо в журнале «Nature», публикует статью «Экономическая теория нуждается в научной революции», указывая на несостоятельность современной экономической науки связанные, по его мнению, с отсутствием критического восприятия объективной действительности.
Каковы же конкретные формы проявления кризисного состояния методологии научного исследования? К ним можно отнести: отказ от использования диалектического метода, его замена метафизикой; отказ от использования главного конкретно-научного метода политической экономии (восхождения от абстрактного к конкретному) с декларацией использования метода агрегирования; слабую формализацию методов экономической науки; подмену социально-экономических отношений в качестве предметных экономико-организационными, экономико-технологическими отношениями; отсутствие в экономических исследованиях социальной стороны вопроса, классовых интересов.
Если говорить о новации «отказ от использования диалектического метода», то такой уровень теоретического мышления как выявление противоречий в процессе исследования развития объекта, а также установление форм их разрешения фактически недоступен для уровня магистерских и кандидатских диссертаций. Всё меньше этот уровень используется и в докторских научных исследованиях. В лучшем случае в пунктах новизны и выводах фиксируются выявленные тенденции, закономерности, функциональные (не сущностные!) зависимости, количественные изменения, степень развития и факторы, влияющие на объект исследования, предлагаются авторские классификации, уточняется содержание понятий.
Распространение метафизики в исследованиях проявляется, в том числе, и в расширении использования в работах сравнения высказываний различных авторов по исследуемому явлению. Представляются целые таблицы, в которых приводится 15-20 высказываний различных авторов и на этой основе выводится авторское определение. Вместе с тем множественность приводимых высказываний не гарантируют достоверности полученного результата, поскольку сравнение используется не совокупности с другими приемами, а как самостоятельный метод. Использование исторического и логического приёмов исследования в данном случае позволило бы избежать формализма. Но они как правило не задействованы в исследованиях.
Одним из распространенных приёмов в современных научных исследованиях является создание классификации какого-либо явления или процесса. Действительно классификация сыграла важную роль в науке. Распределение предметов какого-либо рода на взаимосвязанные классы по наиболее существенным признакам, присущим данным предметам помогает исследователю ориентироваться в бесконечном многообразии, позволяет формулировать обобщения и делать прогнозы. Вместе с тем, правила составления классификации зачастую нарушаются. Так, нарушается одно из важнейших правил, которому подчиняется создание всех классификаций, - правило деления объема понятия, предписывающее использование в данной классификации одного и того же основания. Нередко можно встретить в научных исследованиях авторскую классификацию, построенную на различных, зачастую взаимоисключающих, критериях. Это приводит к созданию классификаций, научная ценность которых бесконечно мала.
В экономических научных исследованиях, речь идёт о кандидатских и докторских диссертациях, прослеживается, пока еще не столь широко распространённая, но вполне устойчивая тенденция, отсутствия перечня научных методов[8] которыми пользовался соискатель. Так, только за последний учебный год в шести диссертациях из тридцати методы исследования не упоминались, при этом одна из них была на докторскую степень. Это составляет 20% от общего числа диссертаций. И речь, в данном случае не идёт о забывчивости или небрежности (остальные пункты были представлены на должном уровне), речь идёт об отсутствии элементарных знаний о роли, сущности научных методов и навыков работы с ними. Более того, анализ методов, которые перечислялись в других диссертациях, выявил, что из 24 диссертаций диалектический метод был указан в одной, агрегирование в качестве метода не указывалось ни в одной диссертации, хотя этот метод заявляется едва ли не как основной конкретно-научный метод в западной экономической теории. В общем и целом в диссертациях использовались формально-логические методы.
Зачастую в научно-квалификационных исследованиях виды метода исследования представляются в качестве самостоятельных методов. Так использование в диссертации различных видов анализа: системного, экономического, субъектно-объектного, ситуационного позволило указать соискателю научной степени на множественность методов задействованных в работе, хотя, в действительности, использовался один и тот же метод исследования - анализ. Более продвинутым вариантом развития ситуации является указание эмпирического анализа в качестве методов (?) исследования.
По поводу агрегирования необходимо отметить, что данный метод является статистическим. Агрегатные индексы являются основной формой общих индексов и изучаются в курсе общей теории статистики. Агрегатный (от лат. аggregatus - присоединённый ) индекс - показатель, характеризующий среднее изменение социально-экономического явления, состоящего из несоизмеримых элементов. "Во всех случаях, когда индекс должен характеризовать совокупность разнородных элементов, наиболее правильным является агрегатный индекс", писал в 1945 году академик В.С.Немчинов.[9] Особенность этой формы индекса состоит в том, что в агрегатной форме непосредственно сравниваются две суммы одноименных показателей, одна из которых индексируемая, а вторая - весовой соизмеритель. Индексируемые величины будут разными, а соизмеритель один и тот же. Обращает внимание методика построения агрегатного индекса, которая предусматривает решение трех вопросов: 1) какая величина будет индексируемой; 2) по какому составу разнородных элементов явления необходимо исчислить индекс; 3) что будет служить весом при расчете индекса. В экономиксе агрегатные индексы используются при расчёте, например, реального ВНП, который "является показателем агрегированного уровня производства в экономике в физическом выражении".[10] В настоящее время это наиболее распространенная форма индексов, используемая в статистике многих стран.
Помимо исчисления агрегатных индексов статистическая наука использует агрегирование, которое Немчинов В.С. относил к экономико-математическим методам,[11] как объединение в группы.[12] При этом термин был относительно новым, неустоявшимся, что потребовало его расшифровки. Так, в работе "Теоретические вопросы межотраслевого и межрегионального баланса производства и распределения продукции" (1960 г.), опубликованной в сборнике "Применение математических методов в экономике и планировании", название одного из разделов было дано В.С.Немчиновым в следующей редакции "Агрегирование (объединение в группы) продукции и оценка". Представляется, что именно такая редакция позволяла избежать смешивания агрегатных индексов и "так называемого агрегирования".[13] В этой же работе были даны два принципа агрегирования "а) классификация, а не комбинационная группировка признаков, б) выделение основного решающего массива продукции, охватывающего, например, ¾ или 4/5 всей продукции данного вида; остальная часть агрегируется в менее однородную совокупность - "прочие".
В экономиксе объединение в группы, агрегирование используется, например, при рассмотрении денежной массы, в которой выделяются денежные агрегаты нескольких видов.[14] Помимо агрегирования в курсе экономикс задействованы: индексный метод, метод временных рядов, выборка, медиана, т.е. совокупность средств статистического и математического анализа для изучения количественных сторон экономических явлений - эконометрика. Проблема заключается в том, что теория должна вскрывать качественную природу явления. Познав качество можно оценивать количественные параметры. Но для выяснения качества необходимы методы, отличающиеся от тех которыми познаётся количественная сторона. И в этом месте экономикс не даёт нам ответа на вопрос о том, какие методы она использует для познания качественной природы явления.
Отсутствие собственного конкретно-научного метода в экономиксе (западной экономической теории) ставит под вопрос существование её особого предмета, поскольку именно специфика предмета детерминирует разработку и использование конкретного метода. "Поскольку каждая наука имеет свой особый предмет, она неизбежно создает свой метод исследования, в требованиях которого отражается специфика её предмета, а значит и свою методологию, которая...решает... методологические проблемы...применительно к данной науке, с учётом специфики её предмета".[15] Коль скоро при исследовании предмета отсутствует конкретно-научный метод, то вполне правомерна постановка вопроса о существовании собственного предмета данной науки, который отграничивает её от других экономических наук. Если его нет, то может ли совокупность знаний, объединённых словосочетанием "экономическая теория" соответствовать научному понятию "теория". Дело в том, что не любой объем знаний о предмете является теорией. "Теория - это не всякая совокупность знаний о предмете, а строго организованная система знаний, каждый элемент которой органически связан с другими элементами данной системы и непосредственно следует из них".[16] Современная экономическая теория экономикс характеризуется отсутствием внутреннего единства её структурных элементов. В наличии эмпиризм и эклектическое сочетание слабо связанных между собой функциональных зависимостей (в том числе и не действующих) из различных областей науки, механистическое объединение которых происходит под общим названием "экономическая теория". Полное отсутствие диалектического метода, восхождения от абстрактного к конкретному, внеисторизм, гипертрофия математических методов, изучение форм, а не объективных сущностей - всё это представителями данной науки трактуется как основное течение (мэйнстрим) экономической мысли, претендуя, на особую роль в экономической науке. В противоположность им Маркс не претендовал на универсальность применения открытых им законов в мировом масштабе. Так, в одном из писем он пишет: "Ему (Михайловскому Н.К. - П.А.) непременно нужно превратить мой исторический очерк возникновения капитализма в Западной Европе в историко-философскую теорию о всеобщем пути, по которому роковым образом обречены идти все народы, каковы бы ни были исторические обстоятельства, в которых они оказываются... Но я прошу у него извинения. Это было бы слишком лестно и слишком постыдно для меня".[17]
В рамках диссертаций, защищаемых по экономическим наукам, всё больше происходит смещение центра исследований в область технико-организационных отношений, а не социально-экономических. Работник, который является составным, а по большому счёту, главным элементом производительных сил, в экономических исследованиях исчезает. Возникает ряд исследований, в которых есть всё, кроме работников. Если они и присутствуют, то информация о них крайне скудная и подается мимоходом. Создаётся впечатление, что подвергаемые исследованию явления экономической действительности происходят не в обществе, а в межзвёздном пространстве. Социальный аспект игнорируется! В чем же причина данного явления? Ведь подобная направленность исследования обусловлена образовательной подготовкой экономистов, и, в первую очередь, подготовкой в области экономической теории, современная методология которой всецело основана на так называемом неоклассическом синтезе.
Обратимся к современным трактовкам экономической науки в лице экономической теории:
- "экономикс (экономическая теория) - наука, изучающая то, как люди осуществляют выбор среди ограниченных ресурсов..."[18];
- "экономика - дисциплина, изучающая, каким образом общество с ограниченными, дефицитными ресурсами решает, что, как и для кого производить"[19];
- "экономическая теория есть наука о том, какие из редких производительных ресурсов люди и общество с течением времени, с помощью денег или без их участия, избирают для производства различных товаров и распределения их в целях потребления в настоящем и будущем между различными людьми и группами общества"[20]. Легко заметить, что в каждом определении присутствует общество, люди, что должно предопределять направленность предмета исследования. Вместе с тем, если исходить из содержания предмета, общественное значение его понятийно-категориального аппарата остаётся вне поля исследования. Во всех определениях речь идёт об отношении людей к природе, а не об отношениях, складывающихся между людьми по поводу производственной деятельности. Это обстоятельство и обуславливает специфику экономикс, оставляющей в стороне общественные отношения производства.
Данная более 110 лет назад характеристика понимания экономистами специфики экономической науки "нередко весьма плохо понимаемого учёными профессорами, ...сбивающимися с "общественных отношений производства" на производство вообще и наполняющими свои толстые курсы грудой бессодержательных и не относящихся вовсе к общественной науке банальностей и примеров"[21], всё больше воспроизводится в настоящее время. Фактически в современных курсах по экономикс речь идёт о производстве вообще, его общественный характер устранен. Это обстоятельство отмечалось шесть десятилетий спустя Кудрявцевым А.С. в статье "О методологических истоках учебника П.Самуэльсона "Экономика". Так, в качестве одной из основ, объединившей все направления субъективной школы, он относит "специфическую для этой школы форму абстрактного метода исследования, при котором происходит абстрагирование от самого существенного и характерного для политической экономии как науки, а именно: от общественной формы производства".[22]
Помимо игнорирования ряда общеизвестных научных методов в экономических исследованиях все более частой в среде как учёных, так и студентов, является заявление относительно того, что любое высказанное положение является субъективным, а, следовательно, невозможно, исходя из этого, сделать вывод относительно истинности какого-либо мнения, т.к. они все "уравниваются" в правах. Другими словами, истины не существует, поскольку все мнения субъективны, а, следовательно, не могут претендовать на монополию истины, с одной стороны, а с другой стороны, любое мнение является истиной в последней инстанции, поскольку истинно, то, что произнесено. Эти, безобидные на первый взгляд, представления фактически приводят к отказу от науки как формы общественного сознания, направленного на выработку и теоретическую систематизацию объективных знаний о действительности. Конечно, объективные знания о действительности формируются конкретными людьми, коллективами на основе их субъективных мнений, исследований, разработок. Отсутствие понимания механизма перехода от субъективного к объективному создаёт условия для появления представлений, уничтожающих возможность получения объективных знаний. Для того чтобы разобраться в этом вопросе и представить схему движения от неполного, частичного, отрывочного знания к полному, всестороннему, отражающему законы движения материи, необходимо обратиться к основному методу политической экономии - методу восхождения от абстрактного к конкретному. Но именно этого в современных научных исследованиях не происходит.
Повсеместно расширяется частота если не использования, то, по крайней мере, заявлений об использовании эволюционного метода. При этом зачастую даже не подозревается, что в ряде случаев его использование вступает в известное противоречие с задачами исследования детерминированными предметом. Так, например, использование институционально-эволюционного подхода к исследованию природы трансформационных процессов весьма важной в настоящий период научной задачи не даёт возможности выявить сущность явления, поскольку не включает в свой арсенал качественные преобразования, в результате которых, собственно и происходят изменения, ведущие к превращениям, трансформациям. Так, рассмотрение трансформационных процессов произошедших за двадцатое столетие в родном отечестве должно, по меньшей мере, дважды приводить исследование в тупик, поскольку дважды происходили скачки, приводящие к переходу к качественно иной форме общественного развития. Но резкие, фактически революционные, переходы эволюционному подходу не известны. Суть его со времен немецкой исторической школы осталась прежней: развитие совершается в форме очень медленного изменения, без революционных скачков, без глубоких качественных сдвигов, в порядке лишь нарастания или ослабления некоторых качественно неизменных признаков. Так, ведущий представитель новой (молодой) исторической школы Г. фон Шмоллер заявлял о вечности частной собственности: "пока будут люди, будет существовать частная собственность". Позиция, вполне соответствующая эволюционному подходу, одним из адептов которого в области экономической теории являлся Шмоллер. Пожизненная политическая ангажированность создателю подобных новелл в условиях системы господства частной собственности обеспечена, но она не гарантирует научную состоятельность. Как известно, за использование, в том числе и данного метода, историческая школа была охарактеризована "могилой науки". Может быть, со времен введения эволюционного подхода в палитру экономических исследований прошло много времени, и в настоящий момент он не используется? Отнюдь. Как показывает практика, последний воспринимается рядом отечественных экономистов как особое откровение "современной" экономической науки.
Как же выходит автор исследования из создавшейся тупиковой ситуации. Он классифицирует трансформацию на полную и частичную тем самым уничтожая возможности применения эволюционного подхода. Это происходит в результате того, что под полной трансформацией в работе понимается переход к качественно новой форме общественных отношений, а частичная трансформация - это количественные превращения в пределах одной и той же формы, не приведшие к качественным изменениям. Легко заметить, что полная трансформация это иное название революции, которая совершенно не укладывается в рамки эволюционного метода. Таким образом, прокрустово ложе эволюционного подхода объективно оказывается слишком узким с точки зрения логики исследования трансформационных процессов. Эволюционный подход вполне адекватный для исследования докапиталистических форм общественного хозяйства, т.н. "традиционных" обществ оказывается ограниченно дееспособным при исследовании классического капитализма, совершенно недееспособным при империализме и отнесенным в разряд истории науки при социализме. Это жизненный путь эволюционного подхода в экономической науке. Её возвращение в капиталистическое лоно привело к массовым попыткам реанимации эволюционного подхода, которые лишь подтверждали внутреннюю логику его развития.
Таким образом, введением категории "полная трансформация" уничтожается заявленный в исследовании метод познания. Но и преобразования внутри одной и той же формы общественного хозяйства - частичная трансформация - также не может быть познана с помощью эволюционного подхода, поскольку к темпам советских преобразований народного хозяйства, особенно в довоенный период, едва ли применима характеристика "очень медленные".
Методология эволюционного подхода имеет еще один существенный недостаток - внеисторизм. На практике это приводит к лишению различных понятий их исторической специфики. Так, механистическое сведение категорий товарно-капиталистического хозяйства к бессодержательным внеисторическим, "всеобщим" понятиям допускает возможным оценивать развитие социалистической экономики с точки зрения рыночных показателей. Очень популярным в период развала СССР было и остаётся сопоставление производительности труда в социалистической экономике на примере СССР и капиталистической экономики, на примере США, которое показывало что производительность труда при социализме ниже. На основании этого делался, казалось бы, вполне логичный по форме, но абсолютно ложный по существу тезис о том, что социализм менее эффективен, по сравнению с капитализмом. При этом совершенно оставлялись в стороне такие факты как наличие промышленной резервной армии труда при капитализме, наличие кризисов, в период которых безработица расширяется, а предприятия банкротятся. Характерно, что и критерии эффективности также отражали специфику функционирования капиталистической системы хозяйствования и были неприменимы к социализму.
Частично это было спровоцировано использованием в советской научной литературе категориального ряда капиталистической системы отношений в частности, прибыль, накопление, рентабельность. При этом далеко не всегда указывалось на их формальный, принципиально-отличный от капитализма характер, их механистическую несводимость через внеисторические категории к капиталистическим категориям.
Какими могут быть формы разрешения данной ситуации, развивающейся достаточно длительный период в методологии отечественной экономической науки? Как найти пути, которые помогут нейтрализовать негативные моменты между традициями и теми инновациями, которые:
а) уничтожают эти традиции;
б) воспроизводят «посредственные навыки современных экономистов»;
в) насаждают методологический нигилизм;
г) обедняют инструментарий экономической науки;
д) снижают качество экономических исследований?
Отвечая на поставленный вопрос, необходимо оговорить, что, по нашему мнению, инновации в методологии должны дополнять традиции, способствовать их развитию. Прогресс в методологии научных исследований должен заключаться в том, чтобы инновации дополняли традиции, развивали их, обогащали. Но без знания и владения традициями в методологии невозможно её совершенствование, её прогрессивное развитие. Если метафизика вытесняет диалектику, а не является её исторической предшественницей, фундаментом, то это приводит лишь к отбрасыванию уровня и содержания исследования в додиалектическую эпоху, то есть к регрессу.
Современные же инновации в методологии отечественной экономической науки, в том формате, в каком мы можем их наблюдать, сводятся к воспроизведению хорошо забытого старого, что едва ли может их идентифицировать как инновации.
Для ответа на поставленный выше вопрос необходимо выяснить причины методологической амнезии. Представляется, что вся совокупность причин может быть разбита на две группы: объективные и субъективные.
К объективным причинам можно отнести изменение предмета исследования экономической науки: от производственных отношений предмет сместился в сторону выбора оптимального использования дефицитных ресурсов, к психологическому восприятию отдельными субъектами экономической действительности, от сущностных зависимостей к функциональным, от политической экономии к экономической политике. Поскольку метод не существует отдельно от предмета, но определяется им, постольку произошли подвижки и в применяемых методах исследования.
К субъективным причинам можно отнести недооценку степени поверхностности, функциональности западной экономической науки в области теоретического мышления, несмотря на значительное количество, ценных прикладных экономических исследований.[23]
Поэтому необходимо понимать пределы в решении проблем, возникших в методологии экономических исследований, что, однако не исключает применения самых жёстких, в том числе и административного характера мер, нацеленных на ликвидацию амнезии в области методологии экономической науки, особенно в исследованиях молодых ученых. Дело доходит до того, что в диссертациях, подготовленных на кафедрах экономической теории или политической экономии различных вузов России не только не используются разработки отечественных ученых, но даже не упоминаются фамилии тех, кто традиционно работал в данном направлении научных исследований. В целях повышения методологической грамотности выпускаемых диссертационных работ является целесообразным, по нашему мнению, не рекомендовать к защите диссертации, в которых отсутствует: а) в степени разработанности темы: фамилии отечественных учёных (по Союзу, России, по научным школам, по МГУ) и их вклад в данную проблему; б) в основной части диссертации: изложение вклада отечественных учёных в изучаемую проблему; в) в списке использованной литературы: названия и полные выходные данные трудов тех учёных, которые упоминались в степени разработанности проблемы; г) в основном содержании диссертации (вторая часть автореферата): краткий обзор отечественного теоретического наследия в данной области.
Следование данным рекомендациям в известной степени позволит избежать воспроизводства «Иванов, не помнящих родства», сохранить историческую преемственность в экономической науке, повысить уровень методологической грамотности, а кафедрам политической экономии - исторического забвения.
_____________________
[1] Из письма Ф.Энгельса Николаю Францевичу .Даниельсону от 15 октября 1888г. - Маркс К., Энгельс Ф. Письма Ф. Энгельса (1888-1890). М., 1965 2-е собр. соч. Т. 37. - С. 91. - http://soviet-history.com/library/marx_engels/marx_engels_2edition_volume37.pdf
[2] Составлено автором по данным статистических сборников: Народное хозяйство СССР за 70 лет: Юбилейный стат. ежегодник / Госкомстат СССР. - М.: Финансы и статистика, 1987 - С.60,64; Наука России в цифрах: 2000. Ст.сб./ЦИСН. - М., 2000. - С. 28; Наука России в цифрах: 2009. Ст.сб./ЦИСН. - М., 2009. - С. 44. - http://www.csrs.ru/statis/sc2009/[44].pdf
[3] Наука России в цифрах:2000. Ст.сб./ЦИСН. - М., 2000. - с.28.
[4] Корытцев М.А. Методологический ликбез (Книга о правилах проведения экономического исследования. Мамедов О.Ю. Экономическая наука: нестрашное знакомство с методологией. Ростов н/Д, 2005.) // Экономический вестник Ростовского государственного университета, 2006. Том 4. - № 4. - С. 152. http://ecsocman.edu.ru/data/808/883/1219/journal4.4-18.pdf
[5] «Критика и самокритика, метод раскрытия и преодоления противоречий общественного развития...». Философский энциклопедический словарь
[6] Цаголов Н.А. Вопросы методологии и системы политической экономии. М.: Издательство Московского университета, 1982, - С. 449.
[7] В сфере обыденного мышления критика вновь вернулась к домарксистским временам, о которых В.Г.Белинский писал так: "у нас, на Руси, особенно, критика получила в глазах массы превратное понятие: критиковать - для многих значит ругать..." См. Белинский В.Г. Речь о критике. В сб.: Избранные сочинения. Редакция, вступительная статья и примечания Ф.М.Головченко. М.: ОГИЗ, 1948. - С. 235.
[8] Этим страдают не только диссертации, но и западные учебники. Так, в известном американском учебнике формализации понятия "метод", а также перечня используемых методов, нельзя обнаружить по причине их отсутствия не только в главе «Основные понятия и методы», но и в разделах «глоссарий» и «индекс». См. учебник С.Фишера и др. Экономика. - М., 1993. - С. 20-37, С. 774, С. 801. Насколько разительны отличия в этом вопросе при сравнении с советскими учебниками по политической экономии! Частично проливает свет на ситуацию с методами в западных учебниках сноска в книге "Методология фальсификаций": "поскольку вульгарная буржуазная политэкономия не имеет единого метода, её различные направления используют различные, к тому же нередко внутренне противоречивые методы...". Методология фальсификаций: (О буржуазных концепциях экономики социализма) / Ю.Я.Ольсевич, А.А.Стулов, Т.Трендафилов и др.; Под ред. Ю.Я.Ольсевича, Т.Трендафилова. - М.: Экономика, 1987. - С. 8.
[9] Немчинов В.С. Избранные произведения Т.2. Сельскохозяйственная статистика с основами общей теории. М.: Издательство "Наука", 1967. - С.387.
[10] Фишер С., Дорнбуш Р., Шмалензи Р. Экономика: Пер. с англ. Со 2-го изд. - М.: "Дело ЛТД", 1993. - С. 28.
[11] "При получении на основе документов первичной информации разветвлённой системы укрупнённых показателей приходится пользоваться и некоторыми экономико-математическими методами (например, теорией агрегирования, методами разбивки матриц на блоки, методами перехода от матриц низового звена к матрицам вышестоящего звена и т.д.) ". Немчинов В.С. Избранные произведения Т.5. Развитие межотраслевого баланса в модель народнохозяйственного плана. - М., 1968. - С. 242.
[12] Именно в этом значении оно используется в настоящее время в общеупотребительном смысле. "Агрегировать - объединять, суммировать какие-либо однородные показатели (величины) с целью получения более общих, обобщённых, совокупных показателей (величин)". Словарь иностранных слов. - 14-е изд, испр. - М.: Рус.яз., 1987. - С. 16.
[13] См.: Немчинов В.С. Избранные произведения Т.5. Теоретические вопросы межотраслевого и межрегионального баланса производства и распределения продукции. - М., 1968. - С.217-218.
[14] Фишер С., Дорнбуш Р., Шмалензи Р. Указ.соч. - С. 489.
[15] Шептулин А.П. Диалектический метод познания. - М.: Политиздат, 1983. - С. 13.
[16] Андреев И.Д. Научная теория и методы познания. М.: "Знание", 1975.- С. 8.
[17] Переписка К.Маркса и Ф.Энгельса с русскими политическими деятелями. М.: Госполитиздат, 1947. - С.179. В этой связи характерным является высказывания Мэнкью, сделанные им своей статье опубликованной в экономическом журнале относительно его собственного статуса. См. : Вопросы экономики № 5, 2009 г.
[18] Экономикс: Англо-русский словарь-справочник / Э.Дж.Долан, Б.И.Домненко. - М.: Лазурь, 1994. - С.12.
[19] Фишер С., Дорнбуш Р., Шмалензи Р. Экономика: Пер. с англ. Со 2-го изд. - М.: "Дело ЛТД", 1993. - С. 1.
[20] Самуэльсон П. Экономика. Вводный курс. М.: "Прогресс", 1964. - С. 25.
[21] Ленин В.И. Рецензия. А.Богданов. Краткий курс экономической науки. - Полн.собр.соч., т.4. с.35.
[22] Кудрявцев А.С. О методологических истоках учебника П.Самуэльсона "Экономика". Послесловие. В кн.: Самуэльсон П. Экономика. Вводный курс. Общая редакция и послесловие А.С.Кудрявцева. М.:"Прогресс", 1964. - С. 802.
[23] Их общим недостатком является рассмотрение отдельных конкретно-экономических вопросов как самодостаточное явление, а не как элемент, часть системы общественного хозяйства, выступающая проявлением одной из сторон сущности данной системы.
